Книга Яд ночи, страница 207 – Алиса Джукич

Я дремала у него на плече, сидя в комфортном кожаном кресле. Порез на руке неприятно тянул, висок болел от удара, а тело ныло от многочисленных падений, и в конце концов усталость взяла верх.

Весь полет Кристиан нежно гладил меня по волосам, а через час полета моего безымянного пальца коснулось что-то холодное. Широко зевнув, я вернулась в реальность и уставилась на утонченное кольцо с огромным блестящим камнем.

– Что это? – я вытянула руку, любуясь мягкими переливами золота и бриллианта.

– А ты как думаешь? – Кристиан отложил книгу, которую читал весь полет.

– Ты делаешь мне предложение? – Живот скрутило от волнения, и я испытующе прищурилась.

– Да, но ты не обязана сразу отвечать, – спокойно сказал Кристиан и пожал плечами. – Понимаю, что все слишком стремительно, и я планировал увезти тебя на уикенд во Францию, mon amour.

Пульс ускорился.

Кристиан ни разу при мне не говорил на родном языке, скорее всего, ненавидя его за тяготы прошлой, человеческой жизни.

Что же изменилось?

Пока я пребывала в шоке, он протянул мне телефон с открытой галерей. Там были сохранены фото французского ресторана, где отец сделал моей матери предложение. Глаза округлились сильнее, и Крис пояснил:

– Провел небольшое расследование. У тебя еще будет шанс послать меня на все четыре стороны, но сейчас, встречаясь с твоими родителями, хочу, чтобы они знали, насколько я серьезен в намерениях.

У меня защипало в глазах. Чтобы сентиментально не расплакаться, потянуласьи чмокнула Кристиана в щеку.

– Ты в курсе, что нам придется закатить пир на весь мир? Отец с моего детства бредит шикарной свадьбой, на которой поведет единственную дочь к алтарю.

– Переживем, – шутливо бросил Кристиан и прижался прохладным лбом к моему. – Avec toi, ce n'est pas pour un moment, c'est pour toujours.

***

Скрипя подошвами ботинок по начищенному до зеркального блеска кафелю, я неслась по коридору больницы к стойке регистратуры. Громко хлопнув ладонями по стойке, я до дрожи напугала темнокожую медсестру. Кристиан не отставал, а его синий плащ развевался за ним на поворотах.

– Майкл Коллинз, какая палата?

Она прокашлялась:

– Десятая, но к нему пускают только родственников.

– Меня зовут Аллекса, я его дочь, а это, – указала большим пальцем на затормозившего позади меня Криса, – его любимый зять.

Кэмбэлл поперхнулся.

– Так это значит, ты согласна? – шепотом уточнил он, пока я ждала разрешения на посещение отца.

– Хорошо, проходите. По коридору направо. – Медсестра перелистнула журнал посещений, и с моих плеч свалился огромный груз.

– Да, – выдохнула я. Кристиан схватил меня за руку и прижал наши сплетенные пальцы к губам. – Но со свадьбой подождем, пока отец полностью не поправится и не решит вопросы компании.

– С MaStar все улажено.

Я приоткрыла рот, чтобы уточнить детали, но медсестра поторопила нас:

– Так вы идете или нет?

Не разнимая рук, мы пошли по коридору к указанной палате.

Сердце бешено колотилось. От страха за ослабленного комой отца, от радости, что он сумел победить болезнь, и от резко обретенного счастливого будущего с мужчиной, которого я несмотря ни на что искренне полюбила.

Замерев перед белой дверью палаты, я постучала и, не дожидаясь разрешения войти, широко распахнула ее.

Отец, в полосатом больничном халате, сидел на кровати-трансформере, прислонившись к спинке. Его тонкие руки с выступающими венами были обвешаны трубками и катетерами, но он будто не замечал их и с аппетитом уплетал дымящийся суп, которым его кормила мама.