Книга Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 1, страница 23 – Ната Лакомка

– Сейчас же! Купаться они пойдут! – рявкнула над нашими головами синьора Ческа,и мы с Ветрувией подскочили, переползая под ствол дерева, словно он мог нас укрыть. – Дома сидеть будете! Под замком! – пригрозила нам синьора, показав крепкий кулак. – И только попробуйте сбежать, лентяйки! Что разлеглись?! Ну и что, что дождь! Быстро перебирать апельсины! Гнилые в корзины, остальные – в кучи. Завтра доварим… – она посмотрела на небо, погрозила кулаком и ему, и, тяжело ступая, направилась в сарай, где суетился Пинуччо.

Остаток дня пришлось перебирать апельсины. Эта работа была не в пример легче, но гораздо противнее. Часть апельсинов сгнила до противной коричневой кашицы, и у меня все руки были вымазаны по локоть. У Ветрувии, Миммо и Жутти – тоже, но никто из них и не подумал помыться перед ужином.

Хотя, ужин тут был чисто символический – за грубым столом, вкопанным прямо в саду, расселось всё семейство, и синьора Ческа положила перед каждым ломоть серого хлеба и кусок сыра размером с ладонь. Посредине стояло блюдо с маринованными оливками и пучками свежей зелени, а ещё – миска с варёными яйцами.

Удивительно, но такой простой ужин показался мне кулинарным шедевром. Я уплела и хлеб с сыром, и варёное яйцо, и с аппетитом закусила оливками, не забыв про зелень. Чая, конечно, никто не предложил, но я вскипятила воду на жаровне и заварила апельсиновую корочку.

– Зачем ты это пьёшь? – с любопытством спросила Ветрувия, наблюдая, как я потягиваю свой «чай» из оловянной кружки, которую до этого три раза ополоснула колодезной водой.

– Так полезнее, – коротко ответила я.

– Раньше ты так не делала, – заметила женщина.

– Всё когда-то бывает впервые, – уклончиво ответила я.

После ужина полагалось отдыхать, но не нам с Ветрувией. Под присмотром синьоры Чески мы перемыли чашки и ложки, выскоблили стол, и только потом нам было разрешено умыться и отправиться по комнатам.

Вода в колодце была ледяная, но у меня уже не было сил, чтобы её согреть. Да и мыться не было сил. Я только ополоснула лицо, руки до локтя и ноги до колена. Так себе водные процедуры. Но остальные и об этом не позаботились. Видимо, в этой семье чистота не приветствовалась.

Когда я зашла в свою комнату, там было полутемно – сумеречный вечерний свет только-только проникал через небольшое окошко под потолком. Я села на краешек кровати, посмотрелана подушку с коричневой наволочкой – то ли такого цвета она была от природы, то ли от грязи… Подумала и положила на подушку сверху свою кофту. Кофта была, всё-таки, почище.

– И только попробуй сбежать! – раздался из-за двери голос синьоры Чески, а потом снаружи что-то лязгнуло.

Немного выждав, я на цыпочках подошла к двери, толкнула её…

Заперто.

Противная ведьма примкнула меня, как курицу в курятнике.

Я посмотрела на окошко под потолком и ещё раз вздохнула. Нет, тут я точно не пролезу. Повторить подвиг не получится.

Тело ныло от усталости, и я решила, что прежде всего нужно отдохнуть. Не известно что ожидает меня завтра, так что я должна быть в хорошей форме, а не развалюхой.

Сняв юбку, я осталась в одной рубашке, легла на постель, на спину, и смотрела в темнеющий квадрат окна, пока не уснула.

Снилась мне какая-то ерунда – я бежала по бесконечному лесу, пробиралась через заросли, но не убегала, а пыталась кого-то найти. И это казалось мне очень, очень важным. Я даже плакала, потому что этот кто-то не находился…