Книга Попаданка из будущего: усадьба и честь, страница 40 – Ника Цезарь

Потому, когда они с синьорой Висконти добрались до города, их товары были разложены. О коробочках с зефиром уже шептались горожане, правда, пока только как о заграничном пустом кушанье, а не угощенье.

— Уверен, что стоит им распробовать, как их мнение изменится, — попытался успокоить девушку Михаил Фёдорович.

— Конечно! Но главное в этом — попробовать… Да, вы гений, Михаил Фёдорович, — встрепенувшись, она ухватила его за руку и широко улыбнулась, сверкнув белоснежными зубками, отчего совершенно неожиданно сердце Крапивина дрогнуло, ускоряя ход, — им нужно попробовать!

Ольга вместе с Груней отбирала девиц, что стояли за прилавком. Эти же девушки помогали на кухне, готовя зефир к продаже. Ладные, румяные, а самое главное бойкие, что было важно для ярмарочного дня.

В стороне перекликались зазывалы, звенели бубенцы на конных повозках, пахло свежим хлебом и дёгтем. Толпа теснилась у лавок, где продавали яркие ситцы и медовые пряники, смеялись дети, дёргая матерейза подолы. У них же было пусто…

— Девушки, открываем несколько коробочек и нарезаем наш зефир на четыре части! Будем угощать горожан, — заявила Ольга, с энтузиазмом кромсая лакомства.

Михаилу её затея показалась сомнительной, но спорить он не стал. Не мужское это дело! Вместо этого он, встретив знакомого, завязал разговор.

Ольга же, пару раз тихо выругавшись, откинула вуаль со своей шляпки, чтобы было видно, что она делает.

Солнце перевалило за середину, между рядов гулял народ, желая узнать, что продают соседи, да себя показать. Девицы бойко взялись за угощения, и вскоре торговля пошла, ведь, попробовав, многие стали брать заморское угощение. Ольга наслаждалась, продолжая готовить зефир для дегустации: он заканчивался быстрее, чем она резала. Но это искренне её радовало.

Ничего не предвещало беды, пока знакомый мужской голос неприятным лезвием прошёлся по её душе, обнажая страх. Нож в руке дрогнул, порезав палец. Алая капля стремительно налилась, капнув на лезвие, но Ольге было на это всё равно. Она нервно отдёрнула густую вуаль и схватилась за тонкие перчатки.

— А вот, наверное, и она! — голос Петра Мещерина словно набат звучал в её ушах, пока она трясущимися руками надевала перчатки и молилась, чтобы он её не узнал. — Таинственная госпожа Висконти?

— Абсолютно верно, позвольте представить — синьора Анжелина Висконти, а это мой сосед — граф Мещерин.

Михаил задержал дыхание, глядя на то, как, дрогнув, Ангел протянула затянутые в перчатку пальчики своему барину, а граф припал к ней в поцелуе, надолго удерживая в своей ладони.

Казалось, время остановилось, а мир погрузился в вязкое ожидание узнавания… Она боялась вздохнуть, ведь его крепкая хватка, казалось, говорила сама за себя. Она уже ничего не могла изменить…

— Очарован, — галантно выдохнул граф.

Пётр Николаевич с глубоким интересом, граничащим с неприличным, вглядывался в хрупкую фигурку итальянки. Она была закутана в плотные одежды, словно в броню, а вуаль на шляпке и вовсе не позволяла увидеть красоту новой знакомой. А он был уверен, что она красавица, иначе зачем Михаил Фёдорович притащил её с самой Италии.

На мгновение её тонкая фигурка показалась ему знакомой. Руки невольно тянулись коснуться вуали.

— Приятно познакомиться, signore, — с усилившимся хрипом в голосе произнесла Ольга. Она сознательно понизила тембр своего голоса, а волнение внесло явные коррективы в виде яркой хрипотцы, тем самым усилив акцент. Она видела, как мужчина прищурился, поведя головой, продолжая держать руку.