Книга Несносный венценосный, страница 40 – Маша Ловыгина

— По-моему, ваши подданные счастливы! — поклонился министр.

— Это замечательно, — согласился король, но тут же подумал об Аурелии.

Глядеть на рыцарские бои ей очень быстро наскучило. Она вздыхала, постукивая веером по перильцам ложи, и морщила носик, глядя на пыхтящих рыцарей. Словно павлины, принцы распушали хвосты, читали стихи, пели баллады и бросали на нее пылающие взгляды, но и они ее утомляли. Было видно, с каким трудом принцесса сдерживалась, чтобы не поднять их на смех. И именно это более всего огорчало Фердинанда. Его девочка хандрила, будто совсем погасла и потеряла вкус к жизни. Уж лучше бы острила и давала смешные прозвища, заставляя фрейлин краснеть и давиться хохотом, вызывая у него приступы стыда за ее характер!

— Послушайте, Ваше Высочество, если вы скучаете по дворцовым подвалам и вашим занятиям с господином лекарем, то я ведь совсем не против того, чтобы вы покинули нас ненадолго ради того, чтобы полистать страницы учебника или смешать какую-нибудь настойку, от которой, например, могут вырасти новые зубы, — склонившись к ней, прошептал король. — В конце концов, если вы хотите воспользоваться магией, то подвал как раз то самое место, где можно, не боясь пробовать разные штуки. У меня сердце разрывается, глядя на ваше печальное лицо! Скажите, чего вы хотите, и я распоряжусь дать вам это!

— Ах, папенька, я знаю, что могу во всем положиться на вашу милость и щедрость! Но есть вещи, которые не решить даже с помощью магии!

— Ну, если даже магия бессильна, то я даже не знаю! — всплеснул руками Фердинанд. — Руководить королевством куда как проще, чем воспитывать детей.

— Как жаль, что мое поведение испортило вам настроение,Ваше Величество, — пробормотала принцесса. — Я постараюсь исправиться, но не заставляйте меня улыбаться этим напыщенным индюкам!

— Разумеется, я не стану этого делать, моя дорогая! Но посмотрите, как радуются люди! Мне повезло управлять подданными, которые чтят законы и работают на благо своей страны. У нас даже тюрем нет! Есть одна камера, на всякий случай, но... вот черт! — хлопнул он себя по царственному лбу. — Я совсем забыл про амнистию!

— И кого же вы хотите амнистировать, Ваше Величество? — удивилась принцесса. — У нас же нет преступников!

— Есть один несчастный, который попал под мою тяжелую руку, — смутился Фердинанд, а затем позвал министра: — Приведите задержанного!

— И в чем же заключалось его преступление? — нахмурилась принцесса.

— Он помешал мне отдать приказ стрелять в дракона. В белого дракона, который приземлился за крепостным рвом.

Аурелия ахнула и, раскрыв веер, стала быстро обмахивать им вспыхнувшие щеки.

— Мне кажется, его стоит не только выпустить, но и наградить, папочка, — торопливо сказала она. — Только представьте, что было бы, если бы вы успели отдать приказ!

— Согласен с тобой. Пожалуй, именно так я и поступлю!

Толпа на трибунах свистела и скандировала имена рыцарей. Делались ставки на победу и проигрыш, замужние придворные дамы прятали заинтересованные взгляды, а незамужние девушки шептались, обсуждая достоинства того или иного бравого рыцаря.

Когда в королевской ложе появился приземистый толстяк с хитрыми пронырливыми глазками, Фердинанд собственноручно выдал ему десять золотых монет за испытанные неудобства.