Книга Несносный венценосный, страница 43 – Маша Ловыгина

— Если нет, то я сдержу свое обещание и останусь с вами навсегда!

Цветы до сих пор хранили свежесть. Аурелия перебирала пальчиками лепестки, наблюдая за тем, как к белому рыцарю подбежал Фруа, чтобы подать тому кружку воды и платок, чтобы утереться.

Когда все немного перевели дух, король сказал речь, в которой поблагодарил всех участников турнира за их смелость и отвагу, а также напомнил, что выбор всегда остается за женщиной, и какимбы он ни был, он отнесется к нему с уважением. Затем он дал слово принцессе. Срывающимся от волнения голосом она возвестила:

— Последним испытанием я объявляю загадку! Скажите мне, почему я люблю эти цветы? — она прижала красно-белый букет к груди и вдохнула его аромат.

— Они олицетворяют вашу красоту, принцесса!

— Они так же белы, как ваша кожа, и красны, как губы!

— Может, вы сами вырастили их? — предполагали принцы и рыцари.

— А что скажете вы, белый рыцарь? — обратилась она к нему.

— Я скажу лишь одно, Ваше Высочество: слезы и кровь, пролитые ради вас, ничтожны перед любовью, которую я испытываю к вам... Только прикажите, и я усею цветами всю землю у ваших ног. Вы — самый прекрасный цветок, который я когда-либо видел!

— Значит ли это, что вы знаете отгадку? — тихо спросила она.

— Белые цветы в ваших руках — это слезы дракона, а красные — его кровь.

— Дракон!.. Дракон... дракон... — пронеслось над площадью.

— Значит ли это, что вы... — Аурелия едва стояла на ногах от волнения.

— Я — дракон, Ваше Высочество! — он стащил шлем и посмотрел прямо ей в глаза.

— Кристиан... — прошептала она, не в силах продолжить.

— Он победил! Он победил! — бушевала толпа.

— Я не могу нарушить своего слова... — По щекам принцессы потекли слезы. — Что же мне делать?

— Соглашаться! Соглашаться! — скандировали трибуны.

— Но как же мое слово? — обратилась она к народу.

— Не будь врединой, принцесса! — крикнул какой-то мальчишка. Следом за ним завопили остальные: — Это она из вредности! Он же рыцарь! Он победил!

— Ну раз вы так считаете... — отвела глаза Аурелия и прикрыла лицо веером.

— А он тебе нравится? — уточнил король.

— Угу, — кивнула она.

— Тогда хоть сейчас не показывай свой характер, дорогая! А то так и будешь вечно в своем подвале сидеть!

— А без этого точно никак нельзя?! — в ужасе метался король в то время, как слуги вытаскивали решетку окна в Дальней башне.

— Нет-нет, папочка, следует ценить традиции, — заметила Аурелия и выглянула наружу. — К тому же, только посмотрите, сколько собралось народу! Не можем же мы лишить их такого зрелища? Где еще можно увидеть подобное, а? Да о нас легенды слагать будут!

— Даже не сомневаюсь! — король приподнял корону и вытер пот со лба. — Кристиан такой хороший юноша! И станет величайшим правителем! Он отважен, щедр и любит вас...

— Мне кажется, я слышу упрек в вашем голосе, папочка, — усмехнулась принцесса.

— Честно сказать, я побаиваюсь твоего влияния на него, — задумчиво возразил Фердинанд. — И неужели нельзя было поехать просто в карете?

— Нельзя! — отрезала Аурелия. — Я прочитала уйму книг, и везде, вы слышите? Везде написано, что дракон должен украсть принцессу из башни!

— О боги! — воскликнул Фердинанд, воздевая руки. — Если бы ваша мать... А, впрочем, чему я удивляюсь? Давно следовало разобрать эту башню по кирпичику!