Онлайн книга «Черный клинок»
|
Что означают эти своеобразные татуировки? Почему возникли именно сейчас? Следует ли ждать новых, в других местах? В прошлой жизни ничего подобного у меня не бы-ло – стало быть, метки имеют какое-то отношение к моему перебросу в собственное прошлое? Осторожно поглаживаю щиколотки, затем бедра. Беспокойства или тревоги нет; напротив, возникает ощущение, что так и надо, что знаки на ногах – неотъемлемая часть меня. Размышляя, прихожу к выводу: все происходящее – правильно. Будто я подсознательно всегда ждала, когда эти символы наконец проявятся. Снова нежно их касаюсь и замечаю в зеркале небольшое пятнышко засохшей крови на шее. Должно быть, пропустила, когда мылась в душе. Снова включаю горячую воду. Из крана течет тоненькая, едва теплая струйка. Я закатываю глаза. Мне не требуются ни средства для душа, ни предметы роскоши. Нормальный напор горячей воды – вот и все, что надо. Смыв кровь, закрываю кран, и он, вдруг отломившись, остается у меня в руке. Вода льется на пол. Вот когда скажешь спасибо, что напора толком нет. Сжимая в руке отвалившийся кран, втыкаю его на место, пытаясь остановить наводнение. Хорошенько надавливаю сверху и вздрагиваю, когда он садится на основание, почти как влитой. Из носика теперь сочатся лишь редкие капли – все, можно спокойно ликвидировать последствия аварии. Растерянно гляжу то на руку, то на невольно отремонтированную мной конструкцию. Да, я за последнее время набрала силы, однако насадить голыми руками отломившийся металлический кран на трубу? Может, просто сантехника здесь старая, дешевая, вот и позволяет делать с собой все что угодно? Изучаю кран, из которого все еще капает в раковину. Старая не старая, но ведь не пластилиновая же… Качая головой, подхожу к шкафу и одеваюсь в темно-синие спортивные штаны и белую футболку. Не могла ведь я настолько окрепнуть за одну ночь? Остановившись у окна, смотрю на лес. Видимо, есть лишь один способ проверить. Направляюсь на мою излюбленную полянку. Днем в лесу совершенно иная атмосфера. Деревья и трава ласкают глаз изумрудной зеленью, природа расцветает под высоким солнцем, между деревьями, гоняясь друг за другом, носятся маленькие птички. Я зажмуриваюсь и, прислушиваясь к мирным звукам, медленно дышу полной грудью. Где-то в глубине леса журчит ручей, в чаще снуют мелкие создания; сосредоточившись, я обнаруживаю, что способна расслышать далекие голоса во дворике академии. Открыв глаза, направляюсь к большому толстому дереву на дальней стороне поляны. Иной раз проверяла на нем силу своего удара, но больше ущерба наносила себе, чем могучему стволу. Посмотрим – вдруг что-то изменилось? Сжав кулак, занимаю стойку и отвожу плечо назад. Делаю выпад, вкладывая в удар всю душу, и в воздух взлетают щепки. Рассматриваю руку: есть несколько порезов и заноз, однако ранки на глазах зарастают – куда быстрее, чем раньше. Поглядываю то на кулак, то на дерево, в стволе которого зияет огромная дыра. Ничего себе, пробила чуть не до сердцевины… Я судорожно вздыхаю. Господи, неужели подобное возможно? Такое впечатление, словно дерево покрыто не толстой жесткой корой, а слоем мягкого картона. Делаю шаг назад, таращась на результат удара. Снова смотрю на руку – раны полностью затянулись. Я недоверчиво хмыкаю. Похоже, способность к регенерации стала на порядок лучше. На несколько порядков… Последнее время ссадины заживали примерно за час, а теперь – всего лишь за минуту. |