Книга Словно ветер среди иссохших ветвей. Книга 2, страница 158 – Таль Сэуль

Шерсть Кори стояла дыбом, она бросалась на незнакомого ей зверя, но свою территорию не отдавала. Кошка крадучись переползла на другую сторону забора, а когда Адиф высунул голову из-за стены и напугал ее, она ударила волчонка по носу тонкой когтистой лапкой.

Адиф, скуля, откинул голову назад и растерянно посмотрел на Кори. На носу детеныша появились капли крови.

– Гр-р-р… – зарычал Рудин, закатывая глаза.

Кошка дернулась, обнажила острые клыки и зашипела.

– О боже мой, Кори!

Девушка тут же бросилась к ним. От ее резкого движения Кори, испугавшись, тут же удрала. Несмотря на свой страх перед людьми, кошка проявила характер, отказавшись бежать от волка, который был намного больше ее.

Риетта быстро подняла подвывающего волчонка и обняла его, накладывая исцеляющую магию на его покрасневший нос. Когда белый свет, окутывавший ее руку, проник в нос детеныша, рана начала медленно исчезать. Волчонок быстро пришел в себя и снова начал радостно вилять хвостом. Потом он шустро толкнул руку девушки передней лапой, как бы намекая на то, что хочет слезть.

Когда Риетта его отпустила, Адиф тут же рванул с места, направляясь в кусты. Раздался шорох. Сначала оттуда донесся шелест веток, бившихся друг о друга, затем донеслись хруст и тяжелое дыхание. Было слышно, как они с кошкой носились туда-сюда.

Рудин, ворчавший с очень недовольным выражением морды, фыркнул и положил голову на передние лапы. Волк обещал сотрудничать, и было ясно, что он будет терпелив. Они были просто гостями, которые вскоре уедут.

Риетта, словно понимая, что с этим ничего нельзя сделать, просто улыбнулась вслед Адифу.

– Господин Рудин… было бы неплохо, если бы я могла позаботиться и о ваших ранах.

Волк усмехнулся, словно она сказала что-то смешное.

– А меня больше будет заботить то, что возле моей раны околачивается человек.

– Я не буду делать ничего, кроме как лечить.

– Я знаю, что ты от всей души, но лучше ближе не подходи. Альфа севера этого не потерпит.

Девушка растерянно моргнула:

– Альфа?

– Так мы зовем вожаков.

«Получается, что поскольку я одна из людей милорда, то мне нельзя приближаться к другой стае волков-самцов?» Риетта слегка улыбнулась. Милорд – альфа. Отчего-то ему это очень шло.

– Мы люди, поэтому нет необходимости применять к нам волчьи правила.

Рудин рассмеялся:

– Ну, не знаю. Жизнь всех людей похожа.

Входили ли в его понятие «людей» и зверь, и человек? Девушка улыбнулась. Пожалуй, отрицать то, что жизни всех людей похожи, не стоит.

«Не ешь траву, я тебе сказал!» – внезапно зарычал волк. Даже в этот момент, когда он, казалось, выглядел безразличным, Рудин продолжал заботиться об Адифе. От крика у него разболелась рана.

– Ты уверен, что все в порядке? – с беспокойством спросила Риетта еще раз.

– Лучшие целители для меня – ночь и безразличие, так что не беспокойся об этом.

Больше она не настаивала. Когда Риетта уже собиралась уходить, Рудин сказал ей:

– Но я благодарен тебе за лечение Адифа.

– Не за что, – ответила девушка, покачав головой.

Затем она посмотрела на свои руки, которыми лечила рану Адифа. Серебряный свет все еще оставался на них, плавая вокруг. Риетта опустила голову и с помрачневшим лицом сжала кулак.

Шорох бумаг. Киллиан перевернул страницу отчета, лежащего перед ним.

Архиепископ Линдель. Во время битвы с неистовым огненным демоном Фламмидусом в долине Орсо потерял многих своих воспитанников. Временно утратил некоторые из своих целительских способностей. После трех месяцев постов и молитв архиепископ полностью вернул способности обратно.