Книга Колдун ветра, страница 83 – Сьюзан Деннард

Лев против волка.

Что бы сделала Изольда? Ну, для начала она бы не попалась. А во-вторых, постаралась бы собрать как можно больше информации. Поев, Сафи стала соображать лучше, и следовало бы выжать хоть что-то из этого факта.

Она откашлялась. Горло саднило, и даже слова, казалось, были посолены и поперчены с избытком.

– И что с тобой случилось?

– Я был ранен.

Грудь Кейдена вздрагивала, когда он прикасался к ране на плече. Она выглядела глубокой, да и не так много мускулов было на его теле. А те, что Сафи видела, плотно прилегали к костям.

Это заставило ее вспомнить о груди другого мужчины. Первое, на что она обратила внимание, увидев, как Мерик летит над пристанью в Веньясе.

Ведьма нахмурилась, отгоняя воспоминания о прошлом. Об обнаженной груди Мерика. Это ей никак не поможет.

– А как ты был ранен?

– Клинком.

– Надо же. – Тон Сафи стал жестче. Командир Адских Алебард умеет уклоняться от вопросов так же хорошо, как и задавать их. – И чей же это был клинок?

– Моего врага.

В течение нескольких долгих минут единственным звуком был плеск воды, когда Кейден погружал туда окровавленную ткань, и звон капель, когда он отжимал ее. Тяжелый вздох, когда мужчина промывал рану, которую нельзя было исцелить одной водой.

Но, как оказалось, у него была не только вода. Кейден вытащил из кучи глиняную плошку, но вместо того, чтобы нанести мазь из нее на собственную рану, намочил еще кусок бинта и протянул Сафи.

Она запретила себе показывать страх. Даже когда мужчина подошел достаточно близко, чтобы схватить ее, ведьма просто задрала подбородок и выпрямилась.

Как всегда, его это не впечатлило.

– Я знаю, ты думаешь, что мне это нравится, но ты ошибаешься. – Кейден опустился на колено. – И я знаю, ты считаешь, что упорное игнорирование боли – своего рода победа, но это не так. Поверь мне. В конечном итоге ты навредишь себе еще больше. А теперь показывай ноги.

Сафи не шевелилась. Она не могла оторвать глаз от раны на его плече. От нее разбегалась красная паутина – признак того, что начинается заражение. Но не это удивило девушку, а шрамы. Под раной, над ней, по всей груди и руке. Выпуклые бледные полосы, они покрывали каждый дюйм тела Кейдена и очень походили на те, что она видела на лице Лив.

– Ноги, – повторил мужчина.

Сафи все еще не могла шевельнуться. Ее взгляд был прикован к самому страшному из шрамов – на горле. Прямо под тонким золотым ожерельем, точно таким, какое было у дяди Эрона. Шрам был толщиной с большой палец и охватывал всю шею Кейдена.

– Заканчивай, – сказал он. – Не хочешь, чтобы я лечил твои раны, – не буду. Императрице тоже нужна помощь.

– Хочу. – Это слово словно само вырвалось у Сафи. Она сглотнула и заставила себя отвести взгляд от шрамов на теле мужчины. – Давай лечить.

– Умно. – Кейден кивнул, почти галантно. Почти. – Я был на твоем месте, еретичка. Все мы, Адские Алебарды, были.

– Тогда отпусти меня.

– И куда ты побежишь? Генрику это не понравится.

Медленно, словно боясь спугнуть, Кейден потянулся к лодыжкам девушки. Сафи чуть не потеряла сознание от боли. Удар – теплый и мягкий. Мир вокруг закружился. Девушка обмякла.

И все-таки это не было глупостью с ее стороны. Ведьма позволила вымыть лодыжки, потому что понимала: Кейден прав, упрямство не принесет никакой пользы. И она сама навредила бы себе. Но признаваться в этом значило ранить собственную гордость. Даже если признаваться только самой себе.