Книга Теодоро и Маруся. Зеркало колдуна, страница 77 – Наталья Юрай

— Это что-то невероятное! Пугающе и великолепно одновременно! Никогда такого не видела! — отозвалась она, не оборачиваясь.

— Я должен сказать тебе кое-что, — Теодоро уткнулся губами в ещё немного влажный затылок Маши. — Знай, я люблю тебя, Мария. Люблю так сильно, как сам того не ожидал. С первого мига нашей встречи.

— Тео, — Маруся попыталась обернуться, но де Карилья не позволил, крепко удерживая за плечи.

— Ты мне напророчена высшими силами, женщина с вечным именем. И где бы ты ни была, если я останусь жив, то найду… Найду тебя в любом из миров, чего бы это ни стоило!

— Это похоже на прощание, — ей пришлось напрячь голос, потому что гул ветра становился громче. — Не смей!

— Ты любишь меня?

Почувствовав сердцем, как тяжело Теодоро ждать ответа, Маруся все-таки развернулась и сжала его лицо ладонями:

— Больше всего на свете, Теодоро де Карилья. И я буду ждать тебя, где бы ни был. Только найди меня. Обязательно найди!

Мощный удар вздыбившейся волны сбил их с ног и завалил каракку на бок.

— Пробирайся к бочкам, хватайся за веревку и держись изо всех сил! — закричал маг в ухо Маше, и она, скользя по залитой водой палубе, цепляясь за любой выступ, ослепленная брызгами, нащупала, наконец, просмоленную веревку, которой были обмотаны бочонки. Последнее что девушка увидела, был Тео, воздевший руки навстречу серебристо-чёрному смерчу, стремительно несущемуся по воздуху к бившемуся со стихией кораблю.

— Признай, что проиграл, Карилья! — верховный тёмный маг возвышался над стоящим на коленях Теодоро словно гранитная твердыня. — Мне ничего не стоит отдать пойманного беглеца королю, и он тебя колесует на площади. Без сожаления. На потеху толпе. Но одно твоё слово, и мы примем тебя в братство. Люди жалки, раз не смоги рассмотреть в твоем даре невероятный огонь и силу. Ты ведь почти победил шторм, который я наслал. Почти.

С лёгкостью, которую трудно было ожидать от пожилого человека, тёмный маг опустился на корточки перед пленником:

— Обещаю забыть все обиды. И даже более того — клянусь, что ты войдешь в совет высших и получишь большую власть. Просто кивни, и дело будет сделано. Никто и никогда не узнает о твоем проигрыше. Ну же!

Чуть дрогнули сгорбленные плечи, разлетелись веером капли, стекавшие с закурчавившихся от влаги волос, и Теодоро де Карилья, помотав головой, смело поднял взгляд навстречу неизбежному. Невозможно было победить стихию, насланную черным колдовством, и сейчас, в плену у мейстера, нужно делать окончательный выбор.

— Старый разговор, мейстер, — вымученно улыбнулся светлый маг. — И ответ всё тот же — нет!

— Не будь глупцом! Неужели ты позволишь Людовиго переломать тебе кости и бросить на растерзания воронам? Спасения ждать неоткуда, Теодоро. Больше никто не придёт тебе на помощь!

— Мейстер, с годами вы стали тугоухи. Мой ответ — нет! Я не стану служить Тьме!

— Что ж, это твой выбор, но мне жаль, очень жаль. Я выхолощу твою магию, и завтра, никчемный и жалкий, ты отправишься в столицу. Пусть народ посмотрит на дурака, который предпочёл смерть неограниченному могуществу.

* * *

Мануэль мялся, проклиная свое неумение утешать плачущих женщин. Каракка «Сестра Ветра» чудом уцелела в жесточайшем шторме, не потеряв ни одного человека из команды, только паруса и реи мотались на мачтах, как обломанные ветки деревьев. Корабль был спасён усилиями светлого мага, пожертвовавшего собой во имя жизни других. Вернее, и в этом Баррейро был уверен наверняка, во имя жизни женщины, которую любил. И в этом не было сомнений — любил больше себя, больше всего на свете.