Книга (Не)любимая невеста Императора дракона, страница 62 – Мира Влади

Его глаза сузились, и улыбка исчезла с его лица. Он шагнул ко мне, его движения были быстрыми, и остановился так близко, что я почувствовала тепло его тела.

– Ты ошибаешься, девочка, – низким, почти рычащим голосом осадил волк меня. Но в тоне его не было злобы, только твёрдая, непреклонная решимость. – Это не только мои интересы. Это интересы стаи, леса, всего, что мы защищаем. И ты тоже часть этого. Хочешь того или нет.

Я задохнулась от его слов, чувствуя, как гнев и обида захлёстывают меня, как волна. Он не грубил, не кричал, но его слова были как ошейник, который он пытался на меня надеть.

Рейн ничуть не лучше Тирона. А я... Хотелось высказать всё это ему в лицо, но я вовремя остановилась. Всё же он вожак стаии не стоило идти на открытый конфликт пере другими волками.

Поэтому я лишь покачала головой, глаза мои наполнились слезами, которые я изо всех сил старалась сдержать.

– Ты не имел права делать это за моей спиной, – прошептала я, дрожащим от эмоций голосом. – Это моя жизнь, Рейн. Не твоя. И я не хочу быть твоей… истинной, или кем ты там меня назвал.

Я развернулась, не дожидаясь его ответа, и пошла прочь, чувствуя, как взгляды волков провожают меня. Ежевика цеплялась за мой плащ, колючки рвали ткань, но я не останавливалась.

Мои шаги были быстрыми, почти бегом, и я слышала, как Эрн фыркнул где-то позади, а Каэл что-то пробормотал, но их голоса утонули в шуме крови в ушах. Я была зла – на Рейна, на его самоуверенность, на его проклятую стаю, которая втянула меня в эту войну.

Но больше всего я была зла на себя за то, что позволила себе довериться им, за то, что осталась здесь, вместо того чтобы бежать дальше.

Когда я вернулась домой, не могла успокоиться. Аппетита не было, и я легла без ужина, но сон не шёл. Так и пролежала в постели до рассвета, а когда солнце уже светило в окно, уснула. Встала ближе к вечеру. Никто меня не беспокоил. Приготовила лёгкую похлебку и кое-как съела её, когда за окном начало темнеть.

В деревни уже вовсю загорались тёплые, золотистые огни, они мерцали в домах, где люди готовились к ужину, смеялись, жили своей обычной жизнью. А я сидела в холодной темноте, не решаясь зажечь даже свечу.

Мой дом казался клеткой, а я была зверем, запертым внутри. На душе было неспокойно, как перед бурей. Я понимала, что слова Рейна, его ложь о том, что я истинная, сделали меня мишенью. Тирон не отступит.

Либо он явится сам, пылая гневом, либо пришлёт армию своих воинов в чёрных плащах, с мечами и магией, чтобы раздавить нас всех. Эта мысль сжимала моё сердце, как ледяная рука, и я не могла найти покоя.

Я пыталась занять себя, перебирая травы на столе, но всё валилось из рук. Пучок сушёного зверобоя рассыпался по полу, стеклянный флакон с маслом лунных колокольчиков чуть не разбился, когда я уронила его, пытаясь открыть. Мои пальцы дрожали, мысли путались, и я чувствовала, как страх, как яд, отравляет меня изнутри.

Я не могла сидеть на месте, не могла ждать, пока Тирон найдёт меня. Но что я могла сделать? Бежать? Куда? К ледянымдраконам, как я думала раньше? Но как они поступят со мной, когда узнают чья я была невеста? Тогда... Остаться здесь и надеяться, что волки защитят меня, как обещал Рейн?

Внезапно я заметила, что кувшин с водой почти пуст. Воды хватит разве что на утро, а колодец был в отдалении, на краю деревни, у старой тропы, ведущей к лесу. Я вздохнула, пытаясь взять себя в руки, схватила старое деревянное ведро, его ручка скрипнула под моими пальцами, и накинула плащ.