Книга (Не)любимая невеста Императора дракона, страница 29 – Мира Влади

Но бабушка Лисса была непреклонна:

– Тирон чувствует твой дар, девочка. Если он решит искать, то найдет. Мы должны спрятать тебя от его глаз.

Обряд был простым, но изнуряющим: она начертила на полу руны из пепла и соли, зажгла свечи, пахнущие воском и можжевельником, и спела древнюю песнь, от которой мои веки отяжелели, а магия в груди затихла, словно убаюканная. Теперь я была невидимкой для драконьей силы Тирона, но чувствовала себя словно лишенной части души.

Рейн и его стая помогли замести следы. Они испачкали мое платье кровью и подбросили его к обрыву у скалы, что возвышалась над рекой в нескольких километрах от деревни.

Волки разыграли все так, будто я сорвалась с высоты, разбившись насмерть. Бабушка сказала,что это была их идея – Рейн, с его хитрой улыбкой, знал, как обмануть даже драконьих ищеек. К слову, те сразу же и покинула нашу деревню, как только нашли обрывки платья.

Но возвращаться в дом бабушки надолго для меня было слишком рискованно.

– У волков леди нечего делать, – сказал Рейн, усмехнувшись, когда провожал меня в деревню.

Меня поселили в брошенном доме на краю деревни, который пустовал с тех пор, как его хозяйка, старая вдова, умерла прошлой зимой. Дом был в плачевном состоянии: крыша протекала, окна заросли паутиной, а пол скрипел, как старый корабль.

Но волки быстро привели его в порядок. Они чинили крышу, латали стены и выносили мусор, а местные девушки, хихикая и бросая на них кокетливые взгляды, помогали обустраивать дом. Они притащили плетеные коврики, глиняные кувшины, льняные занавески и даже связку сушеных цветов, чтобы изгнать запах сырости. К концу дня дом стал уютным, почти родным, с маленьким очагом, который весело потрескивал, и кроватью, застеленной грубым, но теплым одеялом.

Я очень боялась, что кто-то из деревенских проболтается о моем присутствии. Империя велика и слухи разносятся быстрее ветра. Но бабушка лишь покачала головой, когда я поделилась своими страхами.

– Эти люди знают, что мой гнев страшнее императорского, – сказала она и ее глаза сверкнули недобрым огнем. – Тирон еще должен сюда добраться, а я всегда рядом. Они будут молчать, Элина, не бойся.

На следующий день до меня дошли слухи, что империя объявила траур.

Моя «смерть» стала новостью, разнесшейся по городам и весям. Говорили, что я сорвалась со скалы, что мое тело унесла река.

Лорды и леди в замке Тирона надели черные одежды, а магические колокола звонили по всей столице. Это было странно и страшно – числиться мертвой, когда я сидела в маленьком доме, дыша и чувствуя тепло очага.

Первые дни я не выходила наружу, держась тени, боясь каждого шороха. Мое тело было слабым после обряда – магия, хоть и спящая, оставила во мне пустоту, и я боролась с головокружением и усталостью, приводя мысли в порядок.

Чтобы отвлечься, я рылась в старом сундуке, который бабушка привезла мне из своего дома. Среди ее вещей я нашла книгу – потрепанный дневник, переплетенный в кожу.

Бабушка сказала, что его вела еще ее бабушка, знахарка, как и она. Книга былане о магии, а о красоте и уходе – рецепты масел, настоев из трав, бальзамов для кожи и волос.

– Она валялась без дела, – буркнула бабушка, – но, может, тебе пригодится.

Я листала страницы, исписанные аккуратным почерком, и чувствовала, как меня захватывает это простое, земное знание. Я решила опробовать рецепты – мне нужно было что-то, что отвлечет от печальных дум и захватит с головой.