Книга Что-то взятое взаймы, страница 39 – Даниэль Брэйн

Я кинулась к зданию, взлетела на крыльцо, рассадив ногу об острый камень, рванула на себя дверь. Лариса смогла отцепиться от Ломакина и пролетела через меня, я развернулась и расставила руки. Свежий призрак еще не изучил, на что онспособен, и Ломакин остановился. Я выдержала жуть, которая на меня смотрела. Ему это все нравится еще меньше, чем мне, а я получила важный ответ, я теперь знаю, что есть порождение.

С кем поделиться этим знанием? Возможно, пойму, как помочь. Кто-то уйдет, кто-то останется. Но это неточно.

– Твое тело освободят, и ты уйдешь, – выпалила я, глядя в то, что было когда-то веснушчатым лицом. – Как ты погиб?

Если призраков нельзя разделить, они так и продолжат гоняться друг за другом, доводя до исступления строителей, наводя непонятную панику на респектабельных постояльцев нового отеля и ужасая своей двойственностью не-людей, которые пусть изредка, но приедут сюда.

– Я хотел исчезнуть.

Голос призрака был глухим и еле слышным, а может, у меня от напряжения шумело в ушах.

– Ты ее видел?

– Я хотел исчезнуть на время. Это реклама.

Я как-нибудь в другой раз попробую разобраться, зачем, почему и как.

– Здесь что-то есть, – выдохнул Ломакин, и контуры его тела начали бледнеть и растекаться. – Оно меня не пускает. Оно не выпустило меня. Оно здесь. Оно меня не пускает. Оно за тобой, оно прямо у тебя за спиной.

– Забудь о ней, она не причинит тебе вреда. – Ха-ха, я именно так и думала всю свою жизнь. – Останься, не преследуй ее, и вы оба будете свободны. Как ты попал в ливневку?

Ломакин указал поверх моей головы. Может так статься, что он рехнулся в последние секунды своей жизни?

Я оглянулась, и девушка в белом платье прошла сквозь меня. Кусая с досады губы, я превращала тело в звериное, и призраки за моей спиной сливались в порождение. Между ними шла борьба – слух резал отчаянный ультразвук, еще немного, и у меня лопнут перепонки.

Дверь особняка осталась открытой. Это же я открыла ее – да, конечно, а прежде это было бездумное воображение: Лариса вбегала в открытую дверь, в проеме пропадал Ломакин. Разум шутит опасней, чем призраки и порождения, его причуды способны заманить человека разумного в уютную комнату с мягкими стенами. Наверное, такие до сих пор еще есть, а куда еще помещать нас, конченых психов.

Я летела, не чуя под собой земли, расшвыривая лапами палые листья, единственное животное здесь за несколько лет.

Так быстро я не бегала никогда и не обращалась в человека с такой скоростью. Руки ходили ходуном, ноги не слушались,перед глазами стоял туман, в ушах звенело, и мне было плевать, даже если Лариса с Ломакиным, сиамские призраки, притащились за мной и увлеченно смотрят, как задом наперед я напяливаю трусы. Зачем я трачу на это время, мне гигиена важнее, чем жизнь?

Почти ничего не помня и не соображая, я на четвереньках выбралась из кустов, огляделась и плашмя упала на землю. Я была мокрой и грязной, как бродяга со стажем. Ногтями я словно рыла землю. От меня воняло псиной и первобытным страхом – острые запахи будут преследовать меня еще пару часов, прежде чем оборотень окончательно уступит место человеку. Но я успела, и будет время послушать, что здесь творилось по версии примчавшихся полицейских.

Остатками звериного слуха я ловила шаги группы людей. От одного из них, насколько я помню, ничем не должно пахнуть.