Книга Что-то взятое взаймы, страница 21 – Даниэль Брэйн

Если я могла испортить своему напарнику аппетит – я это сделала.

Вадим вдруг вздрогнул, и я не сразу поняла, с чего он так переменился в лице, но он выдавил улыбку, полез в карман, посмотрел на экран телефона и показал мне – уведомление о сообщении. Я прочитала лишь часть имени отправителя, но «Владислав полиц…» мне хватило.

У моего нетерпения окончательно разгулялся аппетит.

– Готовы? – хрипло и неуверенно рассмеялся Вадим. – Мне нервно.

– Мне тоже. Поэтому не тяните мне нервы еще сильней.

Вадим читал сообщение – довольно объемный текст, а я видела только его потрясенное лицо. Какие бы ни пришли новости, они ошеломляли.

Меня подмывало пнуть Вадима под столом ногой. Или рявкнуть на него, чтобы он перестал наконец издеваться. Но мне казалось, что он не нарочно тянет время, а просто в шоке или не знает, что сказать.

Ладно, подождем. Рыба вкусная.

– Ее зовут Лариса Скворцова. Но вы ошиблись, она не невеста.

Я удержала ногу от пинка.

– Она фотомодель. На этой локации почти перед самой продажей снимали рекламу для свадебного салона. Лариса, фотограф, представитель заказчика и ассистент.

Ломакин?

– Ломакин?

– Нет. Игорь Иванов какой-то. Известный, наверное, если его приглашали специально из Питера. Сначала никто эту стену не трогал и возле нее не фотографировался, она, возможно, без специального оборудования для фото слишком темна.

Вадим положил телефон потухшим экраном вниз. Все важное он запомнил, я гипнотизировала его тяжелым взглядом, но был бы с моих кривляний толк.

– Сессию уже почти закончили, заказчик потребовал «больше эффекта», Ларису подсадили на стену, она успешно позировала, пока не поскользнулась и не упала. Упала несерьезно, ее успели подхватить и продолжили съемку. Все установили во время предварительного следствия, тут не придраться, еще полчаса фотосессия продолжалась, хотя Лариса начала жаловаться на головокружение и головную боль. Все списали на девичийкаприз, было довольно прохладно, а одета она была, как вы понимаете, в свадебное легкое платье.

Я забыла, что положила в рот кусок рыбы. Да что там, я даже забыла, как дышать.

– Но привезли Ларису уже в больницу – на обратном пути ей стало плохо, ее рвало, потом она потеряла сознание. Разрыв селезенки, внутреннее кровотечение. Спасти не смогли – возможно, даже врачебная ошибка или что-то подобное, но я не просил сообщать мне такие подробности. Если они нам нужны?..

Я налила воды из графина, залпом выпила, сухость в горле не ушла. Нелепая смерть – во всех отношениях. Потом я смекнула, что Вадим ждет ответа, и помотала головой.

– Не нужны, пусть это останется на их совести. Мне нужна только ее могила, сможете ее найти?

Я от Вадима хочу многого, как от супергероя. Но он и в самом деле супергерой.

– Можно считать, что загадку призрака мы решили, – объявила я и отодвинула тарелку, хотя, если честно, не наелась. – Досадно, что мы не подумали об этом раньше, но до того, как мы нашли кенотаф, мне в голову не могло прийти, что может держать призрака в месте, не связанном с ним абсолютно никак. У нас есть другие действующие лица этой истории – теперь ищем именно их. Нам обязательно нужно узнать, что было еще на венке и что мог забрать Ломакин.

– Нам нужно узнать, куда делся он сам, – резонно возразил Вадим и снова взялся за телефон, но отложил его, уставившись на меня с непонятной надеждой. – Это и есть наше задание и наш ускользающий миллион. Нет тела, нет никаких следов. Допустим, это призрак Ломакина вместе с Ларисой носится по санаторию, но тело его тогда где может быть?