Книга Слезы небожителей, страница 208 – Эйси Джей Миллс

Ребята стояли в полной растерянности от разговора Высшего бога с Рэйденом. Эмоции накрывали их одна за другой, не давая понять, что же они почувствовали в тот момент, когда вся правда открылась. Гнев, обида, воодушевление – все смешалось в единый поток.

– Почему ты скрыл от нас это, Рэйден? – неуверенно спросила Николь.

Рэйден не смог заставить себя посмотреть на нее. Взгляды друзей уподобились тонким иглам, медленно пронзающим плоть и выпускающим кровь из вен.

– Потому что хотел уберечь, – ответил Кассерген голосом, преисполненным вины. – Однажды я уже видел смерть ваших первых ипостасей и не хотел, чтобы это повторилось.

– Поэтому ты боялся, что Николь вспомнит свою ипостась? – Эмоции Леона блуждали между разочарованием и гневом. – Ты переживал не из-за того, что она примет судьбу Кроцелл, не из-за того, что откажется помогать нам, а потому что узнает тебя!

– Леон, нет… – Рэйден попытался взять юношу за руку, но тот дернулся и сделал несколько шагов назад.

– Ты солгал нам, Рэйден. – В разноцветных глазах заблестели капли подступающей обиды. Кассерген сделал шаг к нему, но Леон выставил руку и предупредил: – Не приближайся. Я зол и не хочу наговорить лишнего. Сначала мы получим клинок, и тогда я подумаю над тем, чтобы выслушать тебя.

Рэйдену была понятна реакция Леона, потому настаивать он не стал: покорно сделал шаг назад и замолчал.

Но эмоции других были не так однозначны. Юная Аверлин смотрела скорее пораженно, нежели с отвращением. От духа Кроцелл она унаследовала умение непредвзято смотреть на вещи, а потому старалась понять Рэйдена. А вот на лице Викери застыло смятение. Пожалуй, он был единственным, кто до конца так и не осознал услышанное. И только Джоанна продолжала тепло улыбаться тому, кого по-прежнему считала братом. И никакая правда не разрушила бы связывающие их узы.

– Раз мы пришли к соглашению, клинок теперь принадлежит вам. – Вепар поднялся со своего трона. – Но унаследует его тот, чья жизнь связана с ним кровью сотен богов. Подойди ко мне, Леон Самаэлис, – перерождение Гастиона, сферона скрытой истины, – и прими ключ от печатей клинка.

Леон поднялся по ступеням и встал перед Владыкой Вод, протягивая руки. Пальцы Вепара коснулись заклинания на сдерживающем клинок пузыре, и алые письмена лентой обвили руки странника. Леон крепко стиснул челюсти. Пламя древней магии обожгло запястья и рассеянным свечением проникло под кожу, отпечатывая заклинание неприятным жжением в мозгу.

– Теперь ты владелец клинка, – произнес Вепар, и парящий в воздухе кинжал медленно опустился в руки Леона. – На твоих руках и памяти запечатлено заклятие, способное заточить его мощь. Но будь осторожен. Если лезвие пронзит тебя самого, то дух божества навсегда покинет тебя. И помни, что я вверил в твои руки свою жизнь и судьбу небес. Не заставь меня пожалеть об этом.

Леон кивнул и спрятал кинжал в походной сумке.

– Могу я просить вас об услуге, Владыка Вод? – поинтересовался Леон, прежде чем покинуть владения водного государя.

– О какой же? – удивился Вепар.

– Велите своим сиренам покинуть Зарево-озеро.

– Незамедлительно, – согласился Владыка Вод и пожал протянутую руку.

Сирены вернули ребят на берег Зарево-озера и уплыли прочь разочарованные, а странники двинулись в глубь леса на поиски дриад. Однако искать долго не пришлось. Дриады сами вышли к ним из-за густой листвы, ведя под уздцы лошадей. Пребыванием с лесными девами кони остались довольны. Они были сыты и напоены, шерсть их блестела, а в густые гривы и хвосты дриады вплели цветы лесной фиалки.