Книга Догоняя рассвет, страница 60 – Рэдрик Нанн

Как четки помогали Клайду проложить путь к порядку в голове, так кинжал приводил Лироя к ясности чувств. Лениво играя с клинком, Лирой думал о том, что на деле Рю оказался лицемером похуже его самого, и испытывал по этому поводу мрачное довольство. «Так долго притесняя младшего брата, Рю оказался далеко не безгрешным», – сколько бы это умозаключение ни забавляло Лироя, он все равно не хотел ни потешаться над братом, ни проявлять к нему жалости.

Стремительное появление Амари оборвало установившуюся тишину. Девушка вбежала в зал с блестящими, как в горячке, глазами и второпях, не переводя дыхания, сообщила:

– Я только что видела, как Рю верхом на лошади умчался за ворота!

Ее сбивчивые в панике слова были встречены с поразительным безразличием. Лишь Изабель вскинула кудрявую голову и удивленно уставилась на Амари. Однако в ответ не издала ни звука.

Лирой продолжительно зевнул, ничуть не проникнувшись взволнованным состоянием подруги. Раз уж Рю наломал дров, так и пусть ступает себе на все четыре стороны.

– Почему вы ничего не делаете? – столкнувшись со всеобщей отчужденностью, Амари совершенно растерялась. – Рю может оказаться в опасности.

Клайд прекратил перебирать бусины четок и недовольно приоткрыл веки.

– Он сделал свой выбор, – холодно отозвался священник, впившись в Амари пристальным, жестоким взглядом стальных глаз.

– Он был напуган!

– Он подставил под удар весь город! – в возмущении закричал Клайд, не желая принимать оправдания. Пастор Моретт никогда еще не проявлял себя таким непримиримым в вопросе прощения грехов.

Амари беспомощно осмотрелась кругом в поисках поддержки. Не найдя ее в лице Изабель, взглядом обратилась к Лирою. Сколько бы ощутимой ни была надежда Амари на то, что он вымолвит хоть слово в ее поддержку, Лирой ничего не сказал, будучи не в силах простить брату ту низость, ту бесчестность, в которых Рю продолжительное время обвинял его самого.

Девушка возмущенно раскинула руки:

– Поглядите-ка, у нас собрался клуб героев! На словах вы все готовы жертвовать собой, но перед истинным лицом смерти, уверена, храбрости бы поубавилось. Вы, господин пастор, не обладаете полномочиями судьи, насколько мне известно. Как и вы, неуважаемый вор, знаток грязных городских закоулков, но далеко не человеческой праведности. Кем бы вы себя ни мнили, вы трое – братья. Пусть кто-то не по крови, а кто-то не по духу, но оставить сейчас Рю в беде никак нельзя.

Озабоченность Амари судьбой Рю не на шутку смутила Лироя. Складывалось впечатление, что в повозке перед не свершенной казнью он познакомился с совсем другой девушкой. Не готовой жертвовать ради благородных целей, занятой только своей жизнью и любившей похвастать всем тем, что умела.

Девушкой, так схожей в своем эгоизме с Лироем.

В то время как он мрачно тупил глаза по сторонам, Изабель судорожно пыталась успеть закрепить тираду Амари на бумаге. Вновь получив вместо ответа молчание и ледяной взгляд Клайда, Амари досадно топнула сапогом.

– Можете и дальше сидеть здесь в обиде, но я отыщу этого Альвара и его логово, потому что считаю это правильным.

Ощутив в категориях «правильности» и «неправильности» влияние братьев, Лирой испытал укол ревности.

Стоило Амари броситься из зала, как Клайд тут же подорвался с места.

– Подожди! – в его оклике звучало раздражение, словно пастор был мужчиной, уставшим гоняться за взбалмошной девицей. Но тем не менее, полный негодования, он отправился следом за ней.