Книга Догоняя рассвет, страница 48 – Рэдрик Нанн

Этот шаг, это дыхание, эти манеры, считываемые по звукам, она знала до мельчайших тонкостей и могла определить их владельца вслепую.

– Знаешь, у меня никогда не было рядом человека, с которым я чувствовал бы себя совершенно свободно, – вкрадчиво заговорил Лирой.

– Каждому нужен друг, – отозвалась Амари, не находя в себе храбрости обратить на него взгляд.

– Тогда я рад, что нашел такого друга, как ты. Я в этом нуждался.

Его слова поселили в душе радость того, как просто они пришли к пониманию и не стали обременять друг друга грузом романтических отношений.

– Я тоже, – уже более охотно подхватила разговор Амари. – Я росла в месте, где не было места дружбе, только соперничеству, – она обернулась на Лироя, – и я рада, что у меня появился ты.

Он сел на каменный пол, прислонившись спиной к парапету. Оказавшись рядом, Амари привалилась к Лирою и опустила голову ему на плечо. Он приобнял ее одной рукой и прижал к себе ближе.

– Я как будто знаком с тобой всю жизнь, но не знаю о тебе ничего, – усмехнулся Лирой. – Как такое возможно?

– Что ж, – начала излагать Амари с нехарактерной рассказу легкостью, – я родилась, как ни странно, в империи, в Дарде. Наш портовый городок Врада располагался на берегу Северного моря, разделяющего Аклэртон и Фриос. Мой отец торговал изделиями из жемчуга, мы вместе странствовали по империи, сбывали товар, а затем возвращались домой. Когда мне исполнилось десять, Враду атаковали варвары с Фриосских островов. Они прибыли с морскими волнами на наш берег и разграбили все. Не уверена, что кто-то выжил после налета. Я бежала, но насколько далеко может уйти десятилетняя девчонка от взрослых разъяренных воинов? – столкновение с разбойниками Амари припоминала крайне смутно, как если бы память заботливо скрывала от нее события, способные нарушить душевное равновесие. – Вскоре после этого я оказалась на рынке работорговли, где меня и еще нескольких детей моего возраста приобрел себе в обучение таинственный и чертовски богатый господин. Нас перевезли в Балисарду, в город Блэкпорт. Там я была зачислена в пансион, где обучалась всему, что знаю теперь. А что случилось дальше – ты и сам знаешь: побег к уличным артистам, пересечение границы, тюрьма, чудной парень с белым лицом напротив меня, и вот мы сидим здесь – говорим о моей жизни.

С минуту Лирой молчал, будто ожидал услышать от Амари более прозаичную историю, после чего улыбнулся ей такой странной, сочувственной улыбкой без присущей ему иронии, что сердце Амари невольно запротестовало решению закрыться от чувств.

– И после всего пережитого ты не утратила способности смеяться.

– Пережить компанию парня с белым лицом было сложнее всего.

Лирой захохотал, запрокинув голову. Его искренний смех с обнаженными клыками был так очарователен, что в ту минуту слова Амари показались ей не такой уж и шуткой.

Знакомство с Лироем действительно стало самым нелегким испытанием.

Прекратив смеяться, он повернулся к Амари и задержался взглядом на ее губах. Обаянию и естественной привлекательности Лироя, носившей неуловимый оттиск хищности, так легко было поддаться, что для сопротивления стоило иметь достаточно сильное внутреннее убеждение. Амари, как раз имея подходящее, прервала их молчание, с каждой секундой становившееся все более интимным, внезапным вопросом: