Книга Зимняя романтика. Книга-адвент от ненависти до любви, страница 86 – Эйси Джей Миллс, Кристина Шрайфер, Камрин Харди, и др.

– Так больше продолжаться не может! Близится последний бал этого года, а вы не можете дышать одним воздухом, не говоря уже о том, чтобы находиться в одном зале! – Дэвид попытался возразить, но его слова застряли в горле под гневным взглядом матери. – Мы решим это недоразумение немедля. Я уже пригласила семью Барнс посетить наш дом.

– Что?! – возмутился Дэвид, подскакивая с дивана.

– Мои слова не нуждаются в повторении. Ты прекрасно все слышал.

И – как вовремя! – вошедший дворецкий оповестил о прибытии семьи Барнс в полном составе. У Дэвида даже не выдалось возможности сбежать, как они вошли в гостиную. Улыбались все, кроме Кристофера, которого, по всей видимости, поставили в известность постфактум, так же как и Дэвида.

Оба юноши пришли в себя, лишь когда леди Барнс и девушки дома Юманс любезно попросили положить их сумочки на диван. Отказать было невежливо, поэтому Кристофер, натянув улыбку, сразу же принял из рук матери ридикюль и протянул ладонь средней дочери Юманс.

– Позволите?

Люсиль смущенно захлопала ресницами. В ее возрасте поддаться чарам очаровательного джентльмена было чересчур легко.

Но какими бы искренними ни казались намерения Барнса, Дэвид в них не верил. Он не позволил Люсиль отдать аксессуар, вместо этого бесцеремонно забрал сам и осадил недруга предупреждающим взглядом.

– Я бы посоветовал вам держать свои руки при себе, мистер Барнс. Я бы не хотел, чтобы еще одна девушка нашей семьи пострадала от вашего влияния. А то может случиться так, что одна из наших охотничьих собак случайно сочтет вас за оленя во время проведения зимней охоты.

– Правда? – вопросил Кристофер, и уголок его губ ехидно задрался вверх, еще сильнее раздражая Дэвида. – Предполагаю, мне повезло, что сейчас здесь нет ни одной из ваших собак, за исключением вздорной дворняжки, коей вы являетесь.

– Ах вы, подлец!

И в этот момент в замочной скважине отрезвляюще провернулся ключ. Дэвида словно водой окатило: они остались вдвоем в полностью опустевшей гостиной.

– Приятного времяпровождения, – пожелала леди Юманс в ответ на крики сына и стук в закрытую дверь.

И обе семьи, непринужденно общаясь, удалились наслаждаться чаепитием. Дэвид не знал, как реагировать на эту сплоченность. С одной стороны, ему следовало бы воспользоваться моментом, чтобы разрешить конфликт, с другой же… Он взглянул на Кристофера, который все еще держал в руках сумочку своей матери, насупившись от недовольства.

Заметив взгляд Юманса, Кристофер смущенно бросил сумочку на диван.

– Наверное, нам стоит… – осторожно начал он, пытаясь завести разговор, но тут же был прерван.

– Я не намерен оставаться! – твердо произнес Дэвид, схватив со спинки кресла свой пиджак. – Ваша компания не приносит мне удовольствия, а недоверие собственной семьи, решившей запереть меня в этой гостиной, как какую-то мешающуюся под ногами собачонку, оскорбляет меня еще больше!

– Приятно, что вы признаёте свою схожесть с собакой, но что же вы намерены делать? Спрыгнуть со второго этажа? – фыркнул Кристофер, но увидев, как Дэвид без колебаний открывает защелки на окне, ужаснулся: – Господи! Да вы безумны в своей гордости! Это же самоубийство!

– Самоубийство – находиться рядом с вами; а это – ярко выраженное желание жить.

– На вас домашняя одежда! Да и куда вы собираетесь направиться в таком виде? До ближайшей деревни идти не меньше трех часов. Вы околеете на таком морозе!