Книга Зимняя романтика. Книга-адвент от ненависти до любви, страница 42 – Эйси Джей Миллс, Кристина Шрайфер, Камрин Харди, и др.

– Ты слышала, – отзывается Прайс. – Должен же и я как-то искупить свою вину.

– Этого будет мало. – Скрестив руки на груди, я хитро прищуриваюсь. – Может, споешь для меня?

– Конечно, – говорит Лукас, стоя ко мне спиной. – Когда стану знаменитым.

Закатив глаза, я достаю из духовки готовое печенье.

– Выглядит хорошо. Принесешь кондитерский мешок?

– Похоже, ты разбираешься в этом не хуже меня, – говорю я, наблюдая за его отточенными движениями. – Мистер Бейли неплохо тебя натаскал.

– Не то чтобы у меня был выбор.

– Хотела бы я оказаться на твоем месте, – тихо произношу я. – Ты с детства имел возможность учиться кондитерскому мастерству.

– Не обманывайся, Джеки, – цокает Лукас. – Дядя – довольно строгий учитель. Когда у меня что-то не получалось, он заставлял меня переделывать, пока не справлюсь.

– Мне по душе такая дотошность.

Когда все части пряничного домика остыли, мы осторожно склеили их глазурью. Пока я крепила мелкие детали на стены, Лукас рисовал черепицу на крыше. Мы работали молча, но между нами установилось неожиданное взаимопонимание, так что к окончанию работы нас запросто можно было назвать сплоченной командой.

– Мистер Бейли поймет, что это другой дом, да? – спрашиваю я, ставя поднос с готовым изделием на стол.

– Конечно. – Внимательно изучив конструкцию, Лукас проверяет телефон. – Уже довольно поздно. Тебя родители не ищут?

– Они уехали по работе.

– Полагаю, у них те самые серьезные профессии?

– В точку. У папы своя юридическая фирма, а мама работает в ней адвокатом.

– Вот это тандем.

– Да уж.

– Зато они точно вытащат тебя из тюрьмы, если ты сломаешь еще чей-нибудь пряничный домик.

– Очень смешно, Прайс. – Закатив глаза, я прохожу мимо него в зал, чтобы еще раз все проверить. – Елка на месте, оленя установили, рождественские носки ты развесил, гирлянды работают. Думаю, можно идти домой.

– Почему ты помогаешь дяде перед Рождеством? Он ведь не допускает тебя до кухни.

– Я люблю кондитерскую мистера Бейли, – отвечаю я, натягивая куртку. – Для меня это место совершенно особенное.

– Что это значит? – Лукас надевает шапку и, открыв дверь на улицу, пропускает меня вперед.

– Будто здесь витает магия, понимаешь?

– Понимаю, что ты та еще чудачка, Джеки. – Улыбнувшись, он ставит здание на сигнализацию.

– Наверняка и у тебя есть такое место, – замечаю я, ступив прямиком в высокий сугроб.

– У меня?

– Где-то же ты должен ощущать себя как в сказке.

Рассмеявшись, Лукас расчищает нам путь, смахивая снег ногой.

– Неужели ничего не приходит на ум?

– Только если сегодняшний вечер. Вся эта история с пряничным домиком… Было весело и… немного сказочно. Не знал, что такое может произойти.

– Что именно?

– Ты и я… Не думал, что мы будем вместе готовить и говорить по душам.

– Мы и правда неплохо провели время.

Я наклоняюсь и набираю в ладони снег, чтобы сформировать снежок.

– Собираешься обстрелять меня? – удивляется Прайс. – Но за что?

– Ты не спел мне песню.

– Говорил же: подождем мой концерт.

– Так не пойдет!

Не успеваю я замахнуться снежком, как Лукас начинает петь, и эта ночь становится еще более волшебной. Его прекрасный голос похож на окружающий нас кристально чистый снег, и я не могу сдержать восхищенной улыбки.