Книга Под слезами Бостона. Часть 2, страница 99 – Таша Мисник

Ненавижу этот город.

Каждую его улицу.

И этот дом с красной крышей, которую перестали ремонтировать после смерти папы.

Чтоб она обвалилась.

Я ненавижу каждую черепицу. Каждое окно. Стены, которые сдерживали мои детские вопли. Двери, которые постоянно были заперты, и я не могла убежать. Ненавижу все. Ненавижу ее. За нелюбовь. За то, что она знала, но молчала. Теперь яточно знаю, что она все знала. Знала, что творил Бриан. Но он ее сын. А я всего лишь подброшенный щенок. Который вырос в зверя. И я больше не боюсь.

* * *

Я знаю, где она прячет ключ на случай, если нагрянет Бриан, а ей будет сложно спуститься со второго этажа. С тех пор ничего не изменилось. Расчищаю от снега землю и приподнимаю цветочный горшок. Ключ все там же – под третьим, в котором уже давно ничего не растет.

Вставляю ключ в замочную скважину и замираю всего на секунду.

«Ты должна быть сильной. Телом и духом».

– Я буду, Эзра. Буду.

Делаю вдох полной грудью и толкаю дверь.

– Бриан? – доносится, кажется, из кухни. – Ты чего так поздно? Соскучился по маме, сынок? Ты один? Или привез малыша Эрика?

Меня передергивает.

«Телом и духом, Серена. Телом. И. Духом».

Я закрываю дверь и не решаюсь сделать шаг вглубь комнаты.

Здесь даже пахнет так же, как раньше. Ее сигаретами и разбавленной тоником водкой. Пылью и затхлостью. Папа ненавидел грязь. Папа бы многое не допустил.

– Проходи, сынок. Хочешь кофе? Или чего покрепче? Ты за рулем?

– За рулем, – отвечаю из прихожей и оставляю там куртку и шарф. – И пить с тобой я точно никогда не стану.

– Серена? – Линда застывает в дверном проеме и удивленно смотрит на меня.

– Да, это я. Не твои пьяные галлюцинации.

– Да как ты смеешь?! – тут же раздражается она и стискивает челюсть. – Что надо? Явилась, чтобы оскорбить меня? Тогда проваливай.

Меня это уже не ранит. Я смотрю на эту женщину, и теперь у меня нет ни малейшего желания ей угодить. Смотрю на нее и больше не виню себя.

Я никогда не делала ей ничего плохого.

Дело не во мне.

– Явилась, чтобы посмотреть тебе в глаза, Линда Аленкастри, – уверенно прохожу в гостиную.

– Сними обувь!

– Явилась, чтобы посмотреть, как ты будешь лгать, – ступаю на ковер и подхожу к ней ближе.

– Гадкая девчонка! Ты всегда была невыносимой!

– Хотела бы сказать, что унаследовала это от тебя, но, увы, у нас же разная кровь.

Она хочет возразить, но вместо этого лишь глотает воздух. А я удивляюсь, как легко смогла произнести это вслух.

– Ч-что ты такое несешь? – Линда пятится назад, и я захожу к ней в кухню.

– Ну ты чего, мам? Куда подевались твои навыки искусной лгуньи. Ты всю жизнь прекрасно лгала, а сейчас так слабо вышло. Попробуй еще раз.

Понятия не имею, откуда во мне столько смелости. Как будто этоне я здесь стою, а Эзра. Как будто он подталкивает меня и делает решительной.

Господи, как же приятно больше не бояться.

– Ты не в себе, – заявляет она и отводит взгляд.

– Как была и в школе? Ненормальная? Так? Сумасшедшая, которая резала себя? Так? – подхожу к ней вплотную. – Так, мама?

– Хватит меня так называть! – не выдерживает Линда, и на мгновение мое сердце сжимается в крохотный ком. Какой бы сильной я сейчас ни была, мне больно

Я отшатываюсь в сторону и смотрю в ее серые глаза. Как у Бриана. У папы были карие. Как у Эзры. А у меня синие. Я могла все давно понять. Если бы хоть раз задумалась.