Книга Под слезами Бостона. Часть 1, страница 122 – Таша Мисник

– Можно подумать, ты все из этого знаешь, – хмыкаю я, возвращаясь в комнату с двумя бокалами и бутылкой сухого розового в руках. Без понятия, откуда оно взялось, и под чем я был, когда покупал эту бутылку, но, как ни странно, сейчас она весьма кстати.

– Поспорим? – уверенно бросает она.

– Запросто, – приземляю содержимое рук на кофейный стол. – Я ставлю пластинку, а ты угадываешь исполнителя, песню и альбом.

– Пф, – закатывает глаза. – Проще некуда.

– Тогда присаживайся. Еще успеешь проиграть до Нового года, – беру ее за руку и усаживаю на диван. – Играем на желание.

– Согласна, – с азартом принимает вызов.

– И не смей подглядывать. За читерство возлагается штраф. Как и за первую ошибку.

– Какие строгие правила.

– А ты думала, что я только шутки шутить умею? Нет уж.

– Ну и какой штраф? – усмехается она, а я нависаю над ней, упираясь руками в спинку дивана по обе стороны от ее плеч. Толкаю колено между ее ног, и склоняюсь вплотную к уху. Серена издает едва слышный вздох.

– Я начну снимать с тебя по одной вещи. Носки не считаются. Я уже однажды их с тебя снял.

Пробегаюсь взглядом по ее лицу и замечаю, как переминается в зубах ее нижняя губа. Потом шея, на которой пульсирует вена. Затем грудь, которая теперь слишком часто вздымается. Потом живот, где кроются чертовы шрамы. Мать твою. Хочу раздеть ее прямо здесь, чтобы доказать, что мне плевать на это. Что они ничего не значат. Совершенно ничего не значат кроме того, что мне захотелось убить еще одного человека. Но я держу себя в руках. Моя резкость только отпугнет ее.

– Начинаем, – специально мимолетно касаюсь губами ее губ и возвращаюсь к шкафу с пластинками. – До двух твоих проигрышей?

– Ты настолько уверен в себе? – сглатывает она, стараясь нормализовать дыхание.

– Абсолютно, – оборачиваюсь и посылаю ей хитрую улыбку. – Итак, первый раунд, – ставлю пластинку и присаживаюсь с ней рядом. – И еще. Если узнаёшь песню – поёшь.

– С чего это вдруг?

– Я так хочу, – касаюсь тыльной стороной ладони ее бедра и слабо поглаживаю. – Хочу слышать твой голос.

Серена следит за движениями моих пальцев и кивает в знак согласия.

Комнату наполняют звуки музыки, а я наблюдаю, как Серена начинает подергивать головой в такт первых нот. Неужели узнала так быстро?

– «Running up that hill» («Взбегаю на этот холм»). КаверPlacebo29на песню Кейт Буш30. Безупречно, – она закрывает глаза и откидывает голову на спинку дивана. – Это не ранит меня, – начинает петь. – Ты хочешь почувствовать, каково это? Ты хочешь знать, что это не ранит меня? Хочешь услышать о сделке, которую я заключаю?

Ее голос. Это нечто божественное. Нечто неземное и такое прекрасное, что теперь я понимаю тех моряков, которые бросались в воду на зов сирен. Я бы тоже сиганул, не раздумывая. Я бы поддался чарам. Я уже под ними. Я, кажется, околдован. И не могу перестать смотреть на это восхитительное создание рядом с собой. Не могу даже двинуться – невидимый вакуум от ее голоса оцепил меня целиком, отчего кожа усыпалась приятной дрожью, а каждый волосок на теле приподнялся на полдюйма. Невероятный эффект, которого я никогда прежде не испытывал. И, уверен, ни с кем больше не испытаю. Только Серена способна на такие фокусы с моим телом и, кажется, сердцем тоже.

– Ты и я… – продолжает тихо петь она. – Ты и я… Мы не будем несчастны…