Книга Черное дерево, страница 37 – Мерседес Рон

За нами в немом молчании следовал телохранитель Маркуса – тот самый, которого я боялась больше других.

– Я хочу выбраться отсюда, – сказала я, пока лифт вез нас на семнадцатый этаж, самый верхний.

Куда, черт побери, он меня привез? Что значит: «Хочу преподать тебе урок»?

Внезапно мне вспомнились все уроки Себастьяна, но сама я словно окаменела, была не в силах двинуться с места. Я боялась того, что меня ждет, когда двери лифта откроются.

– Мы уйдем, когда я сочту это возможным, – сказал он и взял меня за руку, выводя из лифта.

В углу находился гардероб, возле которого суетились две очень красивые девушки в юбках и коротких топиках на тонких бретельках. Возле стеклянной двери, ведущей в мансарду, стояли два типа в костюмах. Мне показалось, при виде Маркуса они побледнели.

– Мистер Козел… – сказал один, принимая пальто Маркуса. – Мы не ждали вас сегодня.

Похоже, это была фирменная фраза вечера.

– Спонтанное решение, – сказал он, доставая «Ролекс» и глядя на меня сверху вниз. – Она будет меня сопровождать.

А если я скажу тому типу, что я не принадлежу Маркусу? Что он привез меня сюда против воли? Что он только что убил человека у меня на глазах?

– Нам придется ввести ее в систему, – смущенно сказал один из них.

Маркус фыркнул и жестом велел проводить меня в маленькую комнатку, где меня сфотографировали и взяли отпечатки пальцев.

Я сомневалась, что будет уместно сказать, что меня привезли сюда силой, а Маркус – убийца. Но достаточно было увидеть угодливый страх, с которым все смотрели на Маркуса, чтобы отказаться от этой идеи.

– Идем, – сказал Маркус, кладя руку мне на плечо и подталкивая к двери в смежную комнату.

Чтобы войти, нам обоим пришлось приложить к замку пальцы и снять отпечатки.

Внутри все казалось сценой из кино, ничего подобного я никогда не видела. Я слышала разговоры о таких местах, об особых клубах, и лучше не спрашивать, что там происходит. Они находились в больших городах вроде Нью-Йорка, и хотя моя нога никогда не ступала в такие места, но я слышала от подруги, которая побывала там благодаря своим связям. Даже Лайам не раз намекал, что у него есть доступ в ночные клубы типа этого.

Это был большой зал с черными креслами и барной стойкой в углу, за ней стояли три девушки, наполнявшие бокалы под звуки дискотечной музыки. Народа немного, но среди них было немало парочек, мужчин в костюмах и девушек в легкомысленных нарядах. Из зала в противоположных направлениях расходились два коридора.

Маркус взял меня за руку. Я с силой вырвалась, отступив на два шага назад.

– Ты не тронешь и волоска на моей голове, – произнесла я с глубокой ненавистью и при этом с плохо скрываемым ужасом.

Маркус улыбнулся и подошел ко мне так близко, что наши носы почти соприкоснулись. Его рука на моей спине не позволила мне с отвращением отшатнуться.

– Я же говорил… Ты достойна большего, чем мимолетный трах, – сказал он, взяв меня за плечо, и потащил за собой.

Прежде чем мы свернули в коридор, к Маркусу подошел мужчина в костюме.

– Рад вас видеть сегодня, сэр, – сказал он, протягивая руку.

– Я тоже рад тебя видеть, Кэррингтон. Ты же знаешь, что телефон – вещь ненадежная, – заявил он, после чего спросил почти шепотом: – Все идет по плану?

Я изо всех сил напрягла слух, чтобы услышать ответ.