Книга Черное дерево, страница 36 – Мерседес Рон

Он завел мотор и вернулся на шоссе. Я устроилась на сиденье и пристегнула ремень. Щека нестерпимо болела, но еще больше болело сердце от того, что я сейчас узнала.

Когда я набралась достаточно смелости, чтобы снова заговорить, я понимала, что, если встану на эту дорогу, обратного пути уже не будет.

– И давно ты этим занимаешься? – хрипло спросила я. Видимо, голос сел после того, как Маркус сдавил мне горло.

Он посмотрел на меня, а затем снова уставился на дорогу.

– Чем? – с равнодушной улыбкой ответил он.

– Торговлей женщинами…

– С тех пор как обнаружил, что это весьма прибыльный бизнес, – произнес он таким тоном, словно речь шла о торговле сэндвичами во время баскетбольного матча.

«Вот сукин сын…» – подумала я.

– И когда же ты это обнаружил?

Он испытующе посмотрел на меня.

– Я знаю, что твой отец привез мою маму из России. Знаю, что он наверняка задурил ей голову бредовыми идеями о лучшей жизни, а главное – о лучшей работе. Ведь так?

Маркуса, казалось, удивили мои вопросы.

– Ты слишком любопытна.

Я выдержала его взгляд, пока он снова не уставился на дорогу. Однако он продолжал коситься на меня, ожидая ответа.

– Твоя мать не была девственницей, когда приехала в Соединенные Штаты. Вот разочарование! Она служила горничной в доме моих родителей. Ты даже не представляешь, как был разочарован отец, когда обнаружил, что не получит три миллиона долларов, которые предложил за нее арабский шейх…

О боже!..

– Ее купил твой отец, – равнодушно добавил он.

Я покачала головой, и слезы потекли по щекам.

– Умоляю! – воскликнул он. – Прекращай рыдать! Она никогда не знала, что Алехандро ее купил, она влюбилась в него. Он дал ей все, о чем она могла мечтать.

– Ты мне противен, – сказала я.

Его манера говорить, рассказ о том, как купили мою мать, как ее собирались продать какому-то дегенерату. Как будто она была куском мяса или вещью.

– Противен? – повторил он в ярости. – Да я потратил на тебя целое состояние, чертова тварь! Имей ко мне хоть каплю уважения или хотя бы благодарности за то, что я для тебя делаю. Ты меня слышишь?

Я откинулась на спинку сиденья. Сердце бешено колотилось.

– Я начну уважать тебя в тот день, когда посмотришь на меня как на равную, а не как на сексуальный объект.

Не знаю, откуда у меня взялась смелость произнести эти слова.

Маркус улыбнулся, и в его взгляде что-то изменилось.

– Ну что ж, я покажу тебе, что такое сексуальный объект…

Он нажал на газ, достал телефон и набрал номер.

Я в ужасе посмотрела на него, видя, что он разогнался до ста пятидесяти километров в час.

– Только Нуньес, – сказал он кому-то на том конце линии и отключился.

– Куда ты меня везешь?

– Хочу преподать тебе один маленький урок.

Больше он ничего не сказал, но вдруг распахнул дверцу машины, и я чуть в ужасе не вывалилась наружу.

Всю дорогу я молчала.

Мы не поехали к нему домой. Вопреки ожиданиям, он остановил машину в частном секторе в центре города. Вдали маячило море, а небоскребы на миг напомнили мне Нью-Йорк, особенно заведение, над дверями которого красовалась вывеска «Добро пожаловать!» с изображением статуи Свободы, попивающей пиво. Это была пятница, так что звучала музыка, гул голосов, пьяные крики. Ночные клубы были полны народа, а я… Мне хотелось исчезнуть.

Еще больше меня беспокоило, что за нами последовала лишь одна машина охраны. Маркус проводил меня к лифту и вызвал его с помощью отпечатка пальца.