Книга Слоновая кость, страница 53 – Мерседес Рон

Не спрашивайте почему, но не стала рассказывать ему о том, что произошло между мной и Себастьяном в ванной. Не потому, что боялась его реакции или упрека с его стороны, а потому, что хотела сохранить воспоминание.

Интенсивность чувств от чего-то настолько простого пугала. Одно только прикосновение к ноге Себастьяна подарило больше удовольствия, чем любая из ласк бывших – а с ними доходило до гораздо большего.

Если в этой жизни дана была возможность достигнуть пика наслаждения, соединившись с кем-то в порыве нежности или страсти, то я жаждала это получить: отсюда и навязчивая идея позволять парням прикасаться… Но только сейчас уверилась, что во всем мире лишь Себастьян был способен подарить это ощущение.

Еще никогда не испытывала оргазма, даже с Лиамом, хотя он делал все возможное. Даже думала, что просто на это не способна: такое бывает со многими женщинами, не всем дано испытать то, о чем с таким восторгом пишется в книгах, слагают песни и стихи. В итоге смирилась, и это стало еще одной причиной, по которой не хотела идти до конца.

Зачем позволять другим наслаждаться моим телом, когда сама получить наслаждение не могу? Звучит эгоистично? Возможно, но это мое тело и мое решение.

А поцелуй с Себастьяном пробудил все чувства, даже те, о которых не подозревала, и соединил их в одно, яркое и такое живое. Как можно было добиться этого всего одним поцелуем? Ведь влечение к Себастьяну выходило за рамки нормального… А может, так и должно быть? И почувствовал ли Себастьян то же самое?

Лиам остался посмотреть фильм, и мы заказали китайскую еду. Он рассказал о планах на весенние каникулы, а также о том, что ему предложили новую работу на Уолл-стрит. Он нервничал, но я была уверена, что его наймут, хотя он сказал, что и не думал бросать работу менеджера в ночном клубе, если вы понимаете, о чем я. Дело было не в деньгах, ему нравилось быть королем вечеринок, он чувствовал себя как рыба в воде в компании девчонок и не собирался отказываться от должности, которая доставляла столько радостей. Под радостями я имею в виду девушек в его постели.

Время шло, и с каждым часом тревога возрастала. Три часа уже давно прошли, но Себастьян так и не вернулся. В конце концов Лиаму пришлось уйти, хотя он и пообещал, что увидимся в среду или пятницу на следующей неделе.

Когда он ушел, почему-то сразу накатило тоскливое одиночество; не думала, что когда-нибудь испугаюсь пустоты собственной квартиры.

Что подумал бы обо мне Себастьян? Значил ли для него этот поцелуй то же, что и для меня?

Следовало оставить напрасные надежды.

В конце концов решила лечь спать. Пришлось снова промыть и обработать татуировку, хотя наверняка сделала это неправильно, потому что она плохо заживала.

Забралась в постель, лелея в памяти каждый момент, который провели в ванной, и укладываясь спать, с замиранием сердца слушала тишину: не вернулся ли Себастьян.

В конце концов заснула.

–

Проснувшись в понедельник утром, отвлеклась на странное щекочущее ощущение внизу живота. Никогда так не нервничала при мысли о встрече с парнем, но сейчас, когда думала о Себастьяне, слегка мутило от волнения.

Приняла душ, попробовала еще раз промыть татуировку и нанести крем, а потом осторожно надела через голову любимое весеннее платье, так как уже становилось теплее, скользнула в полусапожки и накинула сверху вязаный кардиган. Сделала глубокий вдох, прежде чем выйти в гостиную. Будет ли он, как обычно, на кухне? С чашкой кофе в одной руке и газетой рядом?