Онлайн книга «Енот-потаскун»
|
— Я когда Тошку нашел, снял с него медальон, — Антон сбросил звонок. — Набрал тебя. Раз недоступно, два недоступно. Тогда забил в контакты. А поскольку там у меня уже были две Натальи, отметил, чтобы не перепутать. Так и осталось. — Да уж, — рассмеялась я. — Тайный знак от мироздания. Наташа Енотаева. — Я очень надеялся, что так и случится. Не буду врать, что сразу. Но примерно с того дня, когда мы первый раз были в «Бадене». Или на следующий. Да, наверно. Помнишь, я утром тебе цветы принес? Кажется, тогда мысль и оформилась. Что хочу на тебе жениться. А не просто такое абстрактное, чтобы у нас все было хорошо. — А я долго себе боялась признаться. И что люблю тебя, и что хочу за тебя замуж. Хотя был один момент, когда чуть не сказала. Помнишь, мы сидели на кухне и ты пел «Ой, да не вечер»? — Будешь смеяться. Я тоже тогда тебе чуть не признался. Даже начал. Но у тебя телефон зазвонил, — он накрыл мои пальцы ладонью. — Слушай, давай уже есть. Иначе рискуем остаться голодными до завтра. *** Кстати, первой брачной ночи у нас не было. Потому что после всей этой свадебной чумы на лыжах мы приползли домой в половине первого никакие и рухнули спать. А на шесть утра было заказано такси в аэропорт. Хорошо хоть в самолете удалось подремать немного. Я вышел из душа, замотанный в полотенце, весь в самых нескромных предвкушениях, и обнаружил свою драгоценную супругу сидящей на кровати. В трусах и лифчике. С очень странным выражением лица. — Антон, — мрачно поинтересовалась она, — а ты ничего не забыл? — «Вы, как последние ослы, оставили водку», — процитировал я «Особенности национальной рыбалки». — Что именно? Вообще-то вещи собирала ты. — Я думала, ты положил. До меня дошло. Прекрасно. Одеваться и пилить в супермаркет, который надо еще найти в потемках? Или, может, обойтись альтернативными способами? Кисло как-то. — А так нельзя? Без резины? — Рисково. Очень. Хотя… Наташа задумалась, глядя куда-то в мировое пространство. Я ждал. Потому что понял, о чем именно она думает. И боялся даже взглядом спугнуть. Подобравшись на коленях к краю кровати, она потянула полотенце. Положила руки мне на бедра, куснула за живот. — Иди сюда! — Уверена? — Ты против? — Наташа посмотрела снизу вверх, приподняв брови. — Прекрасно знаешь, что нет, — я бросил полотенце на стул и сел рядом с ней, нащупывая застежку на спине. — Только за. — Тогда предоставим решение высшим силам, — лифчик полетел в компанию к полотенцу. — Если это надо сейчас, значит, будет. Если нет, значит, еще не время. — Не боишься? — пальцы пробрались под тонкую полоску кружева. — Немного, — она приподнялась, чтобы я мог снять. — Но это не тот страх. Не знаю, как объяснить… — Не надо, я понимаю. Мне тоже страшно, потому что это меняет всю жизнь. Потому что это ответственность совсем другого уровня. Но я хочу этого. — И я, — Наташа прижалась ко мне. — Теперь хочу. Ну, может, пока еще не так остро, чтобы плакать, если не выйдет. Но если получится, буду рада. — Давай не будем об этом думать: выйдет, не выйдет. Ладно? Мы просто сейчас вдвоем. И я очень тебя люблю. — И я тебя, — прошептала она, приоткрыв губы навстречу моим… *** Две недели пролетели, как один день. Из постели мы все-таки иногда вылезали, чем, кажется, неизменно удивляли Эдуарду. Побывали на маяке, обошли весь мыс, спустились вниз к океану. Съездили в Лиссабон, Синтру и Кашкайш. Наташа до тошноты объелась теми самыми страшными пирожными — паштейш де ната. И смеялась: они мои тезки. И, кажется, влюбилась в Португалию так же, как я. Во всяком случае, мы решили приехать еще раз. Когда сможем. |