Книга Дочь алхимика на службе у (лже)дракона, страница 110 – Яна Смолина

Пока мужчина произносил свою речь, Каллиопа медленно бледнела. В тот миг, когда цвет лица её почти полностью слился с цветом глаз, девушка поняла, что вот-вот рухнет без сознания. Чтобы поддержать её, Олгасу пришлось сползти на пол со стула. Он крепко обнял Калли.

– Всё будет хорошо, дочка, – прошептал он ей на ухо, – халиф не обидит тебя. Он пообещал мне.

– Я не могу в гарем, – отчаянно простонала Калли, ощущая, как по щеке катится слеза. – Я там умру, почтенный Табиб.

– Ты умрёшь в застенках тюрьмы Эгриси, если продолжишь сопротивляться, – рявкнул Лейс, вскакивая со стула. – Не думай, Каллиопа, что мне неизвестна твоя роль в устроении побега! За вами следили всё то время, пока вы прятались у прачки. Я должен был как можно раньше схватить вас, но нет. Я хотел позволить тем двоим уйти. Им, но не тебе.

Лейс вышел из-за стола, обошёл его и остановился возле старика и девушки, которые всё ещё сидели на полу, обнявшись, и не сводили с него глаз.

– Вы своим маскарадом сумели обмануть наш тайный сыск, – продолжил он, нависая над обоими, – это не каждому удаётся. Полагаю, рисование – не единственный талант сына нашей предприимчивой Арги.

Каллиопа не выдержала. Она отпрянула от Табиба и кинулась в ноги Лейса.

– Господин! – взмолилась она, – посадите меня в тюрьму, казните, бросьте в бездну,но не запирайте в гареме! Для меня лучше смерть, чем пустая жизнь. Если вы этого не сделаете, я руки на себя наложу!

Лицо правителя на секунду исказила ярость. Он всё ещё никак не мог привыкнуть к дерзости своенравной чужеземки. Мужчина присел перед ней на корточки.

– Отныне твою судьбу решаю я, Каллиопа, – проговорил он, приподнимая её заплаканное лицо за подбородок. – А если ты намерена делать глупости, то тебя придётся связать. Ты этого хочешь? – Калли отрицательно помотала головой. – Вот и славно. Не нужно делать из меня деспота. Я не намерен селить тебя в гареме.

Он отвернулся, проигнорировав недоумение, которое нарисовалось на лице девушки.

– Иди, Олгас, – повторил он, обращаясь к старику. – Теперь это моя проблема, – Лейс мотнул головой в сторону Калли.

Табиб встал, растерянно озираясь. Весь облик его выражал беспокойство за свою подопечную. Ему хотелось верить, что правитель говорил правду и ей ничего не грозило, но в глубине души старик всё же сильно расстраивался. За то время, что они провели вместе, Калли стала для него незаменимой помощницей. При ней в лаборатории воцарился порядок, с ней можно было делить обязанности, обсуждать одним им понятные вещи, проводить совместные эксперименты. Теперь из помощников у старика остался лишь Джамиль и тот со сломанной ногой. Олгас хотел было что-то сказать, но одумался. Он поклонился Лейсу, после чего неловко развернулся и зашагал к выходу.

Когда он ушёл, Калли сковал страх. Они с Лейсом всё ещё продолжали сидеть на полу, и только когда остались наедине, несчастная поняла, в каком положении оказалась. Да и вид её был в ту минуту ненамного лучше. Волосы растрепались, спутавшись с листьями и пылью, штанины брюк кое-где были сильно испачканы кровью, лицо украшали косые полосы от чумазых ладоней. В тот момент она была похожа на бродягу или нищего крестьянина, а потому крайне нелепо смотрелась сидящей на красивом персидском ковре.

– Вы сказали, что я не попаду в гарем, господин, – чуть слышно заговорила она. – Почему?