Книга Измена. Ты моя тайна..., страница 38 – Диана Фад

— А как же я? Одна останусь? — плакала мама, когда я заявила ей об этом полгода назад.

— Мама, это твой эгоизм, не более. Я тебе предлагала бросить свое хозяйство и переехать ко мне. У тебя две курицы остались, что тут сторожить? Ты понимаешь, что из-за тебя я свою дочь не вижу? Зато ты не одна. Ты просто не хочешь, чтобы я забирала Веру.

— Да, не хочу! — выплескивала на меня обиды мама, — У тебя там работа, жизнь, делаешь что хочешь. А мне тут как одной? Ты об этом подумала?

— Подумала, но я почти четыре года шла у тебя на поводу, хватит.

А потом появился Павел.

— Не говори ему, что у тебя ребенок, — советовала мама, — Пусть полюбит тебя, приласкай его, привыкнет к тебе, а как дело к свадьбе пойдет и скажешь.

— Мама, так нельзя, это обман!

— А когда ты в подоле принесла, не обман был? На весь поселок меня ославила!

— Так мне не четырнадцать лет было, а почти тридцать. Я и родила для себя, а не для кого-то!

— Доченька, ты же знаешь, что мама плохого не посоветует. Хочешь создать семью, следуй моим советам.

И так было всегда, сколько я себя помню. Мама знала, как лучше, как мне поступить в той или иной ситуации. Почему я шла у нее на поводу? Не знаю. Мне было ее жаль. Она тут совсем одна со своим хозяйством, никого рядом, даже подруги все, кто умер, кто в город к детям перебрался. Но и продолжаться так дальше не могло. Четыре года я моталась по этим электричкам почти каждую неделю, а когда Верочка болела чуть ли не каждые два дня. Я просто устала и хотела, чтобы моя дочь была со мной. Хватит. Не нравится что-то моей маме, мой дом всегда для нее открыт, пусть перебирается в город. Я только согласна буду.

— Маша, я поверить не могу, что ты ТАКОЕ от нас с Лилей скрывала! — произносит Рита, когда заходит в палату к Верочке, — А кто это у нас тут такой сонный и хорошенький? — тут же гнев сменяется милым сюсюканьем, и подруга полностью забирает внимание моей дочки на себя.

— Рит… — начинаю я.

— Подожди, не при ребенке, — быстро отвечает Рита, продолжая улыбаться Вере, которая что-то показывает ей в книжке, что мы читали.

— Рита, ну правда, я не хотела, — мне так неудобно перед подругами, что готова провалиться сквозь землю.

— Я не буду сейчас выяснять, как и почему, у меня лишь один вопрос: какого овоща, Маш? Мы столько лет вместе, неужели так можно было поступить с нами? Ты оказывается, пять лет назад родила ребенка, он где-то там рос, а мы ничего не знали? Извини, но у меня не укладывается такое в голове. Ты считаешь нас чужими тебе людьми?

— Нет, — начинаю всхлипывать я, закрывая руками лицо, — Я не знаю…

— Мама плачет… — начинает Верочка.

Тоже складывает губешки, а в глазах закипают слезы, готовые прорваться плачем, — Мааааама…

— Ну вот, началось, — вздыхает Рита, пододвигая к моей дочери розового зайку, что принесла с собой, — Хватит плакать, что теперь, но я не ожидала от тебя. Мне всегда казалось, что мы близкие подруги, но такое у меня в голове не укладывается. Видела бы ты, как вчера Сергею досталось. Заладил «не моя тайна и все тут».

— Он не виноват, — попыталась через силу улыбнуться я, — Это я просила его не говорить. Тогда вы с ним еще просто в одном доме жили, ты ждала развод, все сложно было.

— Но потом, допустим, когда ты уже родила? — возмутилась тихо Рита, — И кто отец? Сергей так и не сказал, а я пытала всеми известными мне способами. И вообще, почему мой муж что-то скрывает от меня о моих же подругах?! Мы второй день не разговариваем с ним. Точнее, я с ним не разговариваю, — фыркнула Рита.