Онлайн книга «СССР-2061»
|
* * * Из предисловия к сборнику стихов космонавта Алексея Савушкина: «…Почти тридцать лет назад она сумела круто изменить мою судьбу. Я искал музу и вдохновение, а нашел дело всей жизни. И нет большего, что она могла бы для меня сделать. Это было для нее естественно, как дышать. Она вдохновляла нас всех. Пилоты считали прибытие в смену, когда она дежурила, знаком удачи. И правда – в ее дежурство не было ни одной аварии. Ее шоу положило начало детскому движению. Мальчики и девочки, бредящие космосом, назло едким критикам называвшие себя «Зарянцы», пока смешное слово не стало официальным названием. Восемь из десяти космонавтов носят на груди значки в форме маленькой птички, а оставшиеся двое стесняются, что потеряли свои. До сих пор смена на «Лунной-2» отвечает на все детские письма вручную, на бумаге. И писем не становится меньше. Она вернула детям великую мечту стать космонавтами. Потому и везет каждый рейс на «Лунную-2» букет ее любимых ландышей. Для этого поколения Зарянка сделала космос не чужим опасным местом, а домом. Куда стоит лететь и где стоит жить. Где рядом с космопортом «Лунной-2» стоит скульптура – на скамейке сидят трое: парень Юра с открытой светлой улыбкой, немного задумчивый Нил и бабушка Катя. Сидят и встречают каждый рейс с Земли. Один полет, один шаг и одна жизнь, подарившие людям космос. Эта книга посвящается светлой памяти твоей, Зарянка». Иван Роу Курьер Солнце, ослепительно страшное, Ты насмерть поразило б меня, Если бы во мне самом не было такого же солнца. Курьер 4.09.35 – Свежее мясо! Отличное свежее мясо!– так и начинается мое утро. Каждый день, кроме пятницы. – Люхум аттазиджа!– прямо под окном, двумя этажами ниже. Еще одна издержка Двадцатого округа – как и аборигены, смотрящие на тебя с таким удивлением, словно по их улицамидет белый медведь. * * * ESA, в которую я так и не поступил, сделала мне ручкой минимум на год, так что оставаться в Париже будет просто не на что. Можно вернуться в Беринген, туда репатриировались мои родители, когда в России начиналось.Только о возвращении не хотелось даже думать. С тоской и черной завистью обновляя список принятых на планшете, я слушал, как мой сосед по комнате празднует поступление с еще несколькими хмырями. Один из них, горбоносый и худощавый, подошел и ко мне. – Мигель, ронин-профи.– Кто такой ронин, я не знал, но отрекомендовался в ответ: – Курт. Все завалил. – Ага. Видишь меня в этом списке?– Наклонившись над планшетом копной сальных черных волос, Мигель бесцеремонно ткнул пальцем в экран. – ??? – Я тоже не вижу. Четвертый раз не нахожу и в пятый не найду. Так что и ты прими это проще. – … Наверное, в тот момент я напоминал теленка, который остался один в чистом поле. Глядя на мою кислую физиономию, Мигель буквально запихнул меня за стол к своим приятелям и всучил бутылку «Кроненбурга»… * * * Очнулся я от того, что меня бесцеремонно окатили водой. Тело ныло так, как будто меня завязали в узел на пару суток. Откуда-то с улицы доносился запах тухлятины. Я перевернулся на спину: перед глазами расплывалось кровавое пятно – впрочем, это оказался всего лишь японский флаг, прибитый к потолку. – Остался от прежних жильцов, –пояснил Мигель. Промычав что-то невнятное, я сел, привалившись к засаленной стене. |