Книга Бывшие. Правило трёх «Н», страница 10 – Чарли Ви

Ладно, Чернова. Пора заканчивать предаваться воспоминаниям. Надо заняться делом. Отфильтровать лишнее и искать зацепки. Потому что я профессионал. А всё остальное… всё остальное не имеет значения. По крайней мере, я пытаюсь себя в этом убедить. Усилием воли прогоняю образ бывшей. Напоследок признаваясь себе на секунду, что она всё ещё красотка. Такая, на которую сразу мужики оборачиваются.

К чёрту её. Надо было по телефону так и сказать, но слабину дал. Соскучился.

Дверь захлопнулась, но в кабинете ещё витал её запах. Лёгкий, какой-то цветочный. Не духи, которыми она пользовалась раньше, а что-то другое. Простое. Мыло, что ли? Я резко отвернулся к окну, будто мог от этого избавиться. Глупость. Пять лет не видел, а сломался за пять минут.

«Соскучился». Чёрт возьми. Признаться себе в этом — всё равно что подписать акт о собственной слабости. Но факт налицо. Сердце стучит, как у пацана, в висках давит. И злость на неё смешалась с чем-то старым, знакомым и оттого ещё более противным.

Надо было работать. Соберись, Мамонтов. Я грубо провёл рукой по лицу, будто стирая её образ, и снова сел за стол. Блокнот лежал открытым. Её слова, записанные моим почерком, смотрели на меня с упрёком.

Матвей.Надо сосредоточиться на нём. На деле. А не на её глазах, которые до сих пор смотрели на меня осуждением.

К чёрту!Я с силой ткнул кнопку домофона. — Петров, ко мне! — бросил я в трубку, и мой голос прозвучал хриплее, чем я хотел.

Пока ждал опера, перечитал заметки. Всё слишком чисто. Слишком гладко для бытовухи или несчастного случая. Пахнет заказом. Но кто и за что мог заказать простого инженера-вахтовика? Ответ лежал там, на севере. В Нягани.

В дверь постучали, и вошёл молодой, щёголеватый капитан Петров. — Товарищ подполковник? — Капитан, — я отодвинул к нему блокнот. — Срочно. Пропал человек. Мамонтов Матвей Сергеевич. Инженер, вахта в Нягани. Исчез вчера утром из поезда № 094Н где-то между Няганью и Омском. Вещи на месте.

Петров взял блокнот, его лицо стало сосредоточенным. — Понял. Транспортные уже в курсе? — В курсе. Но работают по шаблону. Нам надо копнуть глубже. Первое: срочный запрос в Нягань. Вся информация по его работе. С кем контактировал, были ли конфликты, финансовые махинации на объекте. Второе: глубокая проверка по банкам. Все счета, переводы, кредиты. Третье: его девушка, Люда. Установить за ней негласное наблюдение. Проверить телефонные соединения, переписку.

Петров быстро конспектировал в свой планшет. — Будет сделано, товарищ подполковник. А сестра… — он осторожно поднял на меня взгляд. — Она дала согласие на доступ?

Сестра.Слово резануло. — Дала, — буркнул я. — Оформляй официальный запрос, я подпишу. И, Петров… — я посмотрел ему прямо в глаза. — Дело тонкое. Никакойлишней информации в отдел. Понятно?

— Так точно, — кивнул он, поняв намёк. Дело, связанное с начальником, всегда было минным полем.

Когда он вышел, я снова остался один. Я взял её заявление, которое она написала в участке. Её почерк. Немного изменился, стал более угловатым, нервным. Таким же, как она сама.

Мне следовало быть жёстче. Выпроводить её сразу. Взять заявление и сказать, что с ней свяжутся. Но нет. Я позволил ей прийти. Увидел её.

Я с силой отшвырнул папку с заявлением. Она упала на пол, и бумаги рассыпались. Чёрт! Я не для того пять лет строил карьеру и пытался забыть её, чтобы сейчас, из-за одного её появления, всё пошло под откос.