Книга Измена. Хроники предательства, страница 2 – Bloody Moon

«Ты устала, милая, тебе всё кажется. Всё хорошо. Не накручивай себя».

А мне и правда кажется — кажется, что я теряю опору под ногами, что-то невидимое рушится у меня за спиной, и я сама вишу на отвесной скале, из последних сил цепляясь руками за выступы, которые сыпятся, не выдерживая веса беременной женщины. Которая вдруг стала не любима, не нужна. Стала… Обузой?..

Лера… Она стала приходить всё чаще, помогая мне по дому, даже когда я в этом не нуждалась, а иной раз оставалась ночевать у нас. В гостиной. На раскладном диване. Это случилось раз. Я подумала: ну ладно, от одного не убудет.

Но потом Андрей предложил мне, когда его на два дня отправили в Ярославль: «Пусть Лера останется в эти дни с тобой — мне будет спокойнее».

Помочь, остаться, вдруг плохо станет. А потом — чуть ли не через день так.

«Мне так проще, — говорил Андрей. — Всё равно ехать в командировку в конце недели. Снова. А тебе одной уже нельзя — скоро в роддом. Через месяц с небольшим».

Я кивала. Да, тяжело. А когда она рядом — и правда… может, легче.

Но почему-то эта лёгкость с каждым днём всё больше напоминала пустоту в душе.

Андрей с ней теперь на «одной волне». Шутят что-то между собой, переглядываются.Иногда я даже не понимаю, о чём речь. Они смеются, а я будто зритель, стою на местах, называемых галёрка. Не жена, не подруга — гость в доме, где когда-то было моё счастье.

Я заглатывала это молча. Плача в ванной по вечерам, пока из крана бежала вода.

Сплю одна, хотя Тима якобы «работает допоздна». Всё чаще чувствую себя лишней — в собственной квартире.

А потом настал день последнего скрининга перед родами, не считая того, когда меня планово примут в родильное отделение. Самый обычный на первый взгляд.

Но Андрей не смог вырваться с работы — начальник задержал.

Я ушла на прием, потом заехала в магазин, что был неподалёку от дома, — купить черешни. Очень захотелось, прямо до невозможности. А сезон в самом разгаре.

А еще радовалась, что не просидела в длинной очереди целый час, а то и больше. Торопилась домой, до последнего не желая гадать на пол малыша, но в этот раз врач, не спрашивая, произнес:

«Какой у вас крепенький мальчуган. Сами будете рожать или кесарево? Плод крупный, а вы девушка миниатюрная по своей комплекции».

Я буквально влетела в квартиру на крыльях счастья, но оно разрушилось в дребезги.

Как будто окно выбило ураганным ветром.

Вот какое это чувство. Предательство. ИЗМЕНА.

Я совсем забыла, что у Леры были ключи, выданные на всякий случай, если я не смогу открыть или мне резко станет плохо. У нас с ней была такая договоренность, когда на шестом месяце я чувствовала себя подобно размазанному по асфальту голубю. Мол, откроешь сама. Но я забыла.

В квартире было почти темно, шторы все закрыты. Тишина, а сквозь неё — женский смех и стоны через раз. Её смех.

Лерин голос я бы узнала из тысячи женских голосов на каком-нибудь пафосном мероприятии, куда она меня с собой таскала за компанию, пока я не встретила Андрея. Лёгкий, расслабленный, звонкий.

Потом — тишина, а затем её пошлая фраза:

— Глубже! Резче! Давай! Отымей свою кобылку!

Я прошла по коридору. И подошла к двери нашей спальни, куда ни одна женщина без моего разрешения не ступала. Только очень близкие мне люди. Как оказалось — предатели. Оба!