Книга Дети от предателя. Он не узнает, страница 21 – София Брайт

Я не встречаюсь с Любимовым до конца своей отработки. Находится он все это время в отъезде, или же просто Вселенная наконец-то решила сжалиться надо мной, но я дорабатываю до конца своего срока без лишних потрясений.

Мысль о предстоящем расчёте, что должен капнуть мне на карту, греет. Я думаю, что из одежды смогу купить своим малышкам, и хочу начать копить на первоначальный взнос по ипотеке.

Предстоящие выходные я планирую провести с девочками и Ваней.

Дочки наконец-то полностью вылечились и ждут, когда их отвезут к лошадкам. А Майков снова был так любезен, что предложил отвезти нас на конную ферму,находящуюся где-то в горах.

Но ехать с ним с ночёвкой я не могу согласиться, потому что это означало бы, что я даю ему шанс как мужчине. А это не так. Ваня для меня всегда был и остается только другом. Давать напрасных надежд я ему не стану.

Поэтому мы сошлись на посещении того самого конного клуба, куда я вожу детей каждые выходные.

Попрощавшись с коллегами, получив от тех немногих ребят, с кем у нас успело сложиться общение, пожелания удачи, спешу на остановку и одновременно разговариваю по телефону с мамой.

– И не забудь сметану. Хочу утром испечь сырники.

– Молоко есть?

– Да, молоко есть, – задумчиво говорит она. – Хотя подожди, проверю.

Подхожу к перекрестку и останавливаюсь у светофора.

– Лучше возьми ещё пакет. Осталось лишь пол-литра.

– Хорошо, вспомнишь что-то ещё – звони.

Светофор меняется на зелёный, и я ступаю на пешеходный переход. Боковым зрением отмечаю дорогой внедорожник, что стоит прямо у стоп-линии. Перехожу на другую сторону и слышу сигнал клаксона, который явно не относится ко мне, потому что я уже практически дохожу до остановки.

Замечаю, как какой-то лихач сворачивает через двойную сплошную с противоположной полосы. Мне остаётся всего пара метров до остановки, как эта машина тормозит прямо рядом со мной.

Дурное предчувствие опережает мой мозг. Я жду, сейчас что-то случится.

Вижу, как опускается тонированное стекло и с водительского сидения на меня смотрит Любимов.

– Лина, садись в машину, есть разговор.

– Лина, садись в машину, есть разговор, – кажется, что глаза Глеба сверкают, как у зверя, из темноты салона.

– Никуда я с тобой не поеду! – отворачиваюсь от него и собираюсь идти в сторону остановки, но он начинает сдавать назад.

Слышу снова сигналы клаксонов и мат водителей.

– Я же не отстану. И сейчас если ты не сядешь, то все эти милые люди будут винить тебя в образовании затора, – говорит он с мерзкой ухмылкой на губах.

Смотрю на него, на те машины, что как безумные сигналят ему в спину, но этому мерзавцу будто наплевать на это. Он стоит и не собирается двигаться с места, будто ему совершенно все равно на весь тот шум, что поднялся по его вине.

– Давай же, Лина, – подначивает он.

– Что встала, курица? Садись и езжай!

– Урод! Я тебе морду набью!

– Чего встал?

Слышатся крики со всех сторон, и у меня от них голова идет кругом.

– Эй! – вижу, как из здорового джипа машинах в десяти от Глеба выходит огромный амбал и движется в сторону Любимова.

Как бы я ни ненавидела Глеба, но участи быть избитым этим здоровяком я ему не желаю. Хотя, где-то там, в глубине души, мне очень хочется, чтобы его проучили.

Внезапно качок замечает меня, и тогда его траектория движения резко меняется.