Книга Дети от предателя. Он не узнает, страница 19 – София Брайт

– Если вы не хотите получить штраф, то будьте любезны, рассчитывайте время дороги и возможных форс-мажоров, чтобы такого не случалось впредь. Надеюсь, этот момент мы прояснили?

– Да, – отвечаю сквозь зубы.

– Но сегодняшний инцидент я не могу оставить без наказания. Потому что если я закрою глаза на одного подчиненного, то и остальные будут позволять себе подобное.

Понимаю, что Любимову доставляет наслаждение унижать меня подобным образом и он просто упивается собственной властью. И я ненавижу его от этого еще сильнее, чем прежде.

– Так что придется вам задержаться на работе, Ангелина Матвеевна, и отработать те два часа, оплата за которые равна размеру штрафа.

Это предложение производит отрезвляющий эффект.

– Простите, Глеб Романович, но при устройстве на работу я поднимала вопрос сверхурочных, сразу обозначив, что оставаться дольше указанного в договоре времени я не смогу. Брать работу на дом – более приемлемый для меня вариант. Если вам такое не подходит, то штрафуйте.

Подобного ответа Глеб явно не ожидал. Он плотно сжимает челюсти, играя желваками и смотря на меня с прищуром.

– Похоже, вы не дорожите работой, Терехова.

– Это не так, – я думаю о своих девочках, которые еще накануне были с температурой. Никакая работа не окажется для меня важнее дочек.

– Вы же не думаете, что то, что мы были знакомы ранее, дает вам какие-то поблажки?

– Поверьте, Глеб Романович, меньше всего я стараюсь вспоминать о нашем знакомстве! – снова вспыхиваю. – Мне очень нравится моя работа и проект. Но за пределами офиса у меня тоже есть жизнь, которая была до этой должности и будет в случае, если я ее потеряю, – говорю более эмоционально, чем следует.

В тот день, у входа в бизнес-центр, он показался мне гораздо приятнее. Но стоило бывшему узнать, что я работаю на него, как его будто подменили. А опыта работы с такими мерзавцами у меня нет.

– Я не стану вас умолять не штрафоватьменя, впрочем как и увольнять. Это ваша компания, и вам виднее, какие именно сотрудники должны работать на вас. Поэтому если это все, то я предпочту вернуться на свое рабочее место и выполнять поставленные задачи!

Мы сверлим друг друга ненавистными взглядами, и я уже готова написать заявление на увольнение, лишь бы больше никогда его не встречать.

– Идите, Терехова. И похоже, у меня будет серьезный разговор с человеком, взявшим вас на работу. Придется поручить комиссии произвести оценку его профессиональных качеств.

– Что? – меньше всего я хочу впутывать в это Ваню. – Зачем? – не могу поверить, что по моей вине у Майкова будут проблемы.

– Налицо несоблюдение критериев, по которым мы нанимаем сотрудников. Судя по всему, вы были приняты только за личные заслуги перед вашим начальником, – говорит ехидно, и это оказывается последней каплей.

– Вот, значит, какого вы обо мне мнения! – не думала, что он сможет унизить меня еще сильнее. – Не утруждайте комиссию. Я напишу заявление на увольнение! – разворачиваюсь на каблуках и, не дожидаясь дальнейшего потока грязи, направляюсь к выходу.

К черту Любимова и его подачки. Я и сама смогу отыскать другую работу.

– Лина, – смотрит растерянно на меня Майков, – я поговорю с ним, только прошу, не увольняйся.

– Ваня, прости, но работать под шефством этого самодура я не смогу. Возможно, с другими он ведет себя достойно, но у нас с ним диалога не получается.