Книга Другая семья моего мужа, страница 46 – Лу Берри

Дочь упрямо вздернула подбородок, показывая всем своим видом, что ничто не заставит её отказаться от Кубы.

Я подавила тяжёлый вздох. Коротко скомандовала:

— Идемте.

За прошедшие недели я выяснила, что Рудольф уже давно не ездит в офис и работает из дома — это объясняло то, как ему удавалось столь долго скрывать другую семью. А потому сейчас он наверняка находился дома.

Поднявшись с детьми на лифте на нужный этаж, я позвонила в дверь. Послышалась какая-то возня, шум и весьма отборный мат.

Готова была поклясться: это Рудольф споткнулся о собственные ботинки, которые, как обычно, бросил прямо у входа.

Наконец дверь открылась. Увидев на пороге меня и детей, бывший муж буквально онемел. Чем я и воспользовалась, быстро зайдя с детьми внутрь.

Рудольф резко повернулся к нам. Гневно нахмурился, рявкнул:

— Какого…

Но тут же оборвался. Видимо, хотел поинтересоваться, какого черта мы припёрлись, но вспомнил, что взялся играть роль любящего папочки.

Ну-ну, посмотрим, насколько его хватит.

— Я привезла к тебе детей погостить, — заявила стальным тоном, хотя самой хотелось просто придушить этого гавнюка за все, что он сделал. — Так сказать, репетиция перед Кубой.

Рудольф открыл рот, явно желая что-то выпалить, но в итоге проговорил сквозь зубы:

— Вася, так не делается. Ты могла бы меня сначала предупредить! Я ведь работаю! Мне некогда сидеть с детьми!

Я осталась невозмутима.

— Ну, с другими детьми, в том числе чужими, ты же находишь время сидеть. А на родных, которых ты, как уверял, очень любишь, времени уже нет? Я верно тебя поняла?

Рудольф покосился на Карину. Она напряжённо смотрела на него в ответ.

— Вась, давай без ерунды, — поморщился он. — Я сам за ними приеду, как будет возможность!

— Это когда? Когда пора будет ехать в аэропорт, наверно? Кстати, покажи-ка билеты, пожалуйста. Я должна знать, когда вас провожать и во сколько. И куда конкретно вы летите — на Варадеро или Кайо-Коко?

Рудольф сжал зубы так сильно, что, казалось, я слышу, как они скрипят.

— Я ещё не брал билеты, — процедил он злобно.

Я сделала удивленное лицо:

— Как? Вылет ведь уже через неделю, их могут разобрать! А Карина вот уже и чемоданчик собрала. Неужели зря?

Дочь подошла к Рудольфу, встала перед ним и, перехватив его взгляд, почти жалобно пробормотала:

— Пап, ты же обещал…

Мне стало больно. Так больно, как не было даже за себя саму. Карина ещё не знала, чего стоят обещания этого человека.

— Потом разберёмся, — хмуро огрызнулся он.

— Разбирайся поскорее, — обронила я сухо. — Мне ведь надо успеть ещё разрешение на вывоз детей за границу оформить, на Кубу без него могут не пустить, вот будет обидно, правда? И завтра не забудь заранее выехать с детьми в школу — отсюда ехать не близко, а по утрам пробки. Это последний учебный день, поэтому сначала будет итоговая линейка, так что проследи, чтобы дети были одеты, как положено. Карина, кстати, ничего подходящего не взяла — так что съездите и купите ей новую форму. Ну все, пока.

Я коротко махнула рукой и уже приготовилась уйти, когда в прихожую выскочила Стефания.

— Плохая тётка! — выкрикнула она, показав на меня пальцем. — Ты опять плишла! Уходи!

Я усмехнулась. Характер у девочки был не сахар, да и воспитание хромало. Можно было заранее порадоваться за Рудольфа, представляя, что она ему устроит, когда узнает, что у папочки она далеко не единственная дочь.