Книга Глухое правосудие. Книга 1. Доказать вину, страница 71 – Анна Орехова

— Ты как? – Кирилл бросил на нее быстрый взгляд.

— Нормально. – Ника подавила зевок и тут же добавила: – В предвкушении.

— Ага, я так и понял. Спишь на ходу! Доиграешься, запру тебя в спальне и не выпущу, пока не проспишь часов десять.

— Я бы предпочла, чтобы ты запер меня в спальне для чего-нибудь более интересного.

Кирилл старался сохранить серьезное лицо, но глаза выдавали игривую улыбку.

— Я вообще-то ругаюсь из-за твоего образа жизни, так что прекрати меня очаровывать.

— Как скажешь, милый. – Ника закинула ногу на ногу, сарафан приподнялся чуточку выше.

Кирилл покачал головой.

— Вот что с тобой делать?

— Вариант «запереть в спальне» мне понравился.

— Значит, на нем и остановимся.

Он провел пальцем по ее ноге от коленки до края сарафана. Мурашки побежали по коже.

— За дорогой следи, – прошептала Ника, перехватывая его ладонь.

Кирилл со вздохом вернул руку на руль.

— Надеюсь, в этом вашем знаменитом парке найдется какой-нибудь укромный уголочек.

Ника улыбнулась. Ей нравилось быть рядом с ним, флиртовать, читать по губам притворное ворчание. Наконец-то они были вместе. Не нужно больше договариваться с патрульными или ждать красный пропуск. Не нужно с тоской разглядывать любимые черты по видеосвязи. Вчера Ника наконец переехала к Кириллу. Все медленно, но верно становилось на свои места.

После ужина при свечах они весь вечер болтали, говоря обо всем и ни о чем. Потом переместились в спальню и уснули в объятиях друг друга. Ника уже забыла, каково это – быть рядом с любимым человеком без посредников в виде динамиков и экранов.

Баффи с Герой тоже времени не теряли – обнюхивали друг друга через специальную сетчатую перегородку, которую смастерил Кирилл. Гера виляла хвостом, Баффи дергала ушами. Если верить зоопсихологам, через недельку-другую питомцы привыкнут друг к другу, перегородку можно будет убрать, а дружба сохранится.

— Чем утром занималась? Я проснулся часов в пять, ты уже сидела у ноутбука.

«Вольво» перестроился в правую полосу. Позади остался Свято-Георгиевский храм – одно из красивейших зданий города, его синие купола покоряли сердца самых искушенных туристов.

— Да так, ничем особенным.

Ника предпочла не рассказывать, что в очередной раз перечитывала материалы дела. Кирилл и без того расстраивался, что она так много времени тратит на судебный процесс. Наверное, он был прав, но Ника не могла сбавить обороты. Казалось, если она перестанет добиваться правосудия, то другие и подавно не будут. Поэтому приходилось раз за разом возвращаться к картине преступления.

Она и раньше знала, что юриспруденция и реклама далеки друг от друга, но, погрузившись в дело Подставкина, прочувствовала все нюансы. Маркетологи и юристы использовали одно и то же оружие – слово, но разные цели порождали разные методы. Задача маркетологов – сократить, выделить продающую суть, в идеале – превратить недостатки в достоинства. Юристы же, напротив, склонны растягивать и удлинять, путать и увлекать оборотами, говорить много и не сказать ничего – в этом умении их превосходят разве что политики.

Тем не менее Ника листала страницу за страницей в надежде найти детали, потерявшиеся среди «канцеляритного» мусора. Папа говорил, что часто в материалах дела скрываются ответы на все вопросы, важно только посмотреть под правильным углом. Но где этот угол? Ника не могла уловить направление, не понимала, в какую сторону копать. Ясно было одно: доказательств против Сергея и Альбины недостаточно. Она пыталась найти улики, указывающие на Подставкину, но пока безрезультатно.