Книга Невеста Василевса, страница 108 – Надежда Салтанова

— Он чуть свет к эпарху отправился. Там его найдешь. Погоди минутку. — Она шагнула в дом, вышла и протянула ему плошку с горячим салепом и кусок хлеба. — Тебе силы нужны, поешь сперва.

Бросив на нее благодарный взгляд, Галактион впился зубами в хлеб, торопливо выпил салеп. Поблагодарив, кинулся к дому эпарха.

Его, понятное дело, не пустили, велели подать прошение через одного из скриб, что сидели рядом и собирали прошения. Они заносили на пергамент имя, день и причину визита, а за небольшую плату и сами писали прошения за неграмотных.

На вопрос, когда эпарх на его прошение ответит, охрана ответила, что не позднее чем через неделю эпарх или его служащие его разберут. Сжав в отчаянии кулаки, конюх спросил, приходил ли мастер Даниил. Стражник не счел нужным отвечать. Но один из сидящих поблизости пожилых скриб поднял глаза:

— Даниил-мастер ранним утром пришел. Небось до полудня с эпархом и увидится. Ты, парень, вон в тенечке его подожди.

— А здесь ли почтенный Никон? — Галактион не мог сидеть и ждать, у него сводило зубы от мысли, что каждая минута, проведенная в лапах Мясника, может стать для Дарии последней.

— А Никон приходил тоже, да ушел уже. В кузнечном районе, говорят, муж жену зарубил, с детьми в кузнице заперся, грозится и себя, и детей сжечь. А там, сам знаешь, один дом загорится, так и все дома в округе заполыхают. А ну как на город опять перекинется. Вот Никона туда и послали вместе с равдухами. Да отца Анисима, говорят, позвали.

Галактион выудил из пояса пару монет, протянул разговорчивому скрибе:

— Почтенный, сделай милость, попроси Даниила-мастера послать за мной, сразу как выйдет. Меня Галактионом звать, я на ипподроме конюхом работаю.

По пути обратно он снова обошел тетрапилон, не обнаружив ничего нового. С тоской оглядываясь на безразлично высившиеся мраморные колонны и статуи меж ними, Галактион добрался до ипподрома. Уже в дверях его нагнал Демид:

— Что, не отыскал свою девицу? Слыхал, конюхи рассказывали про ваши поиски ночью. Я бы тоже с вами пошел, да кобыла Ирия рожать принялась.

Галактион покачал головой:

— Не отыскал. Может, Нина… — Он оборвал себя.

— Аптекарша твоя? Она тут при чем? — нахмурился Демид. — Неужто тоже пропала?

— Не пропала. Она знает, кто Мясник.

— Вот неугомонная баба! — сердито буркнул коновал. — Знает она. Больно смела твоя аптекарша. И лечить берется, и Мясника уже нашла. И кто же это, она тебе сказала?!

В ответ на молчание молодого конюха коновал покачал головой:

— Ничего она не нашла, тебя только пустыми сказками тешит. — Он пожал плечами. — Ты, если помощь нужна будет, меня зови. Я этой ночью с вами пойду на поиски. А про аптекаршу забудь, какой от нее толк? Как бы сама в лапы похитителя не попала.

Почувствовав, как застучала в ушах кровь, Галактион поднял глаза на коновала. Едва сдерживая ярость и отчаяние, он отрезал:

— Ты не знаешь ее, почтенный, и зря злословишь! Если Нина поняла, кто убийца, значит, сегодня его и изловим. Вот только сикофанта Никона найду, и спасем Дарию.

Он сжал кулаки, отвернулся, моля всех святых, чтобы его слова оказались правдой. Хотя слова коновала пошатнули в нем веру. И правда, как Нина, сидя во дворце, сумела понять, кто убийца и где искать Дарию?

Из глубины конюшен его окликнул Стефан. Галактион, не глядя на коновала, шагнул в полумрак перехода. Демид постоял, перекатываясь с мыска на пятку, почесал затылок, и вышел обратно на улицу. Дверь негромко хлопнула.