Онлайн книга «Детектив к Новому году»
|
Но Лара не позволяет гостю прочувствовать волшебное действие дедова снадобья в полном объеме. Оказывается, похмелин был только отвлекающим маневром! Пока оглохший и ослепший Лысый хрипит, пуская слезы и сопли, подруга прямо сквозь ветровку вонзает ему в плечо иглу шприца и ловко удерживает мигом обмякшее тело, не позволяя упасть со стула. — Что ты ему вколола? — Я пугаюсь еще больше. — Тамаркину гадость. — Лара разжимает судорожно стиснутые пальцы Лысого, забирает стакан с остатками тархуна на похмелине. «Вкус детства»! Не дай бог кому-то детство, у которого такой вкус! — Откуда она у тебя? — Я спрашиваю про Тамаркину гадость. Это мощный рецептурныйпрепарат, действие которого мы с Ларой вынужденно испытали на себе каких-то три месяца назад[2]. — У Тамарки конфисковала. — Подруга экономит слова, ей не до разговоров, она занята делом. — Как знала, что в хозяйстве пригодится. Лара сдергивает со стены прихватку, рукой в стеганой варежке берет со стола пистолет, засовывает его в карман ветровки Лысого. Прихваткой же машинально стирает пот с его голой головы, жалуется: — А вот спиртного в доме нет, беда… У тебя есть что-нибудь? — «Мартини Асти»… — Тащи! — Это же на Новый год! — Рита! — Лара смотрит на меня сердито. — К тебе явился мужик с пистолетом. Опять! Ты понимаешь, что это значит? — Нет, — отвечаю я, потому что и правда не понимаю. В прошлый раз мужик с пистолетом явился ко мне потому, что я с подачи Лары очень неудачно зашла погулять в Даркнет, но с тех пор я туда и носа не совала. — Это значит, что Новый год для нас может и не наступить, — заключает Лара, опуская все промежуточные рассуждения. — Беги за спиртным! У меня есть ощущение, что чинный Марлезонский балет вошел в неконтролируемую стадию разнузданной кабацкой пляски, но ноги сами несут меня туда, куда велит Лара. Через пару минут я возвращаюсь. В голове сумбур, на щеках румянец, в каждой руке — по бутылке. Лара с нескрываемой симпатией смотрит на «Мартини Асти», но тянется к не снабженной этикеткой стеклянной фляжке с желтой жидкостью: — Это что? — Алоэ на спирту. — Я отдаю ей фляжку и предупреждаю: — Пить невозможно — жутко горькое, это наше фамильное средство для роста волос… Не только у ее дедушки были свои авторские рецепты — у моей бабушки тоже. — Идеально! — Лара свинчивает крышку, капает на палец, пробует, кривится и льет невозможно горькую жижу на голову Лысому. Потом оттягивает ворот ветровки, щедро плещет бедолаге за шиворот и возвращает мне ополовиненную фляжку. — Мерси. Иди одевайся, мы уходим. — Куда? — Я бросаю тоскливый взгляд за окно. Уже стемнело, посыпал мелкий снег. — И зачем? — Смотрю на Лысого. — Он же теперь сутки проспит. — Ты соображаешь, что говоришь? — Лара стучит себя кулаком по лбу. — Он одет не по погоде, значит, приехал на машине. Возможно, не один. Будем дожидаться, пока другие мужики с пистолетами к нам поднимутся? — Не будем, — сразу же соглашаюсь я, устрашеннаяобрисованной перспективой. — А его одного тут оставим? — Не тут. — Лара делает «пуф», тщетно пытаясь сдуть с вспотевшего лба прилипший локон, и повторяет: — Иди одевайся, я сказала. У тебя пять минут. Я тоже пока соберусь. Я не понимаю, почему мы так спешим. Вообще ничего не понимаю! Но, как обычно, подчиняюсь. Ларе виднее. Она же на две головы выше меня. |