Онлайн книга «Детектив к Новому году»
|
— У-у-у-у! Все повскакивали, обступили его, принялись утешать. Эмма Анатольевна пожертвовала валокордин из привезенной с собой аптечки. Но прошло не меньше четверти часа, прежде чем Славик более-менее утихомирился и смог изъясняться связно. — Я расскажу… — всхлипывал он. — Эти кроссовки… я их помню! Я был дружинником, ходил в рейды от нашего отдела… — При чем тут рейды? — не понял товарищ Калинников. — Я тоже ходил. И что? — Сейчас объясню… Это позапрошлой осенью случилось. Отправили меня в Девяткино. Знаете же, там еще недалеко Мурино. Фарцовщики так и кишат. Юлечка никогда услугами фарцы не пользовалась, ей, хвала небесам, иностранные вещи доставались законно, причем не подержанные, а самые что ни на есть новые. К сожалению, возможность пополнять и обновлять коллекцию была утрачена с папиной смертью, но все же до сделок с перекупщиками Юлечка пока еще не опускалась. Тем не менее как многие жители Ленинграда она была осведомлена, где находятся наиболее популярные точки купли-продажи зарубежныхтоваров. Помимо Девяткино фарцовщики облюбовали также набережную Обводного канала за Варшавским вокзалом и «Галеру» — галерею Гостиного двора. Во всех трех местах милиция время от времени проводила облавы, привлекая к ним и дружинников. Славик вел рассказ дальше: — В Девяткино в основном народ опытный. Увидели красные повязки — и кто куда. А один шкет замешкался, я его за руку схватил. Он стал отбиваться, швырнул в меня сумку, но тут милиционеры подоспели, скрутили… В общем, в сумке у него нашли американские кроссовки. Он на допросе говорил, что это его собственные, друг из поездки привез. Но я-то видел, как он продать их пытался, к прохожим приставал. А потом оказалось, что он на барыгу работал, перепродавал дефицит втридорога. — И что ему было? — спросил товарищ Калинников. — Известно, что. Статья сто пятьдесят четвертая УК РСФСР. Дали год за спекуляцию. Хорошо еще, что не два, и без конфискации имущества. Хотя у него и конфисковывать было нечего. Пацану только-только восемнадцать исполнилось, за полгода до того школу окончил, уже и повестка в армию пришла. Но вместо казармы на нары отправился. — Так, может, надо было его пожалеть? — робко ввернула Юлечка. — Молодой, глупый, в первый раз, наверное, попался… — Его и так пожалели, — железным тоном молвила Эмма Анатольевна. — Могли дать в два раза больше, еще и штраф выписать. Знаю я этих спекулянтов, у нас среди студентов тоже попадаются. Вычищать их надо безжалостно из рядов общества! Услышав про чистку, Юлечка вздрогнула. На ум опять пришла Веста-Ванда со своими раскосыми восточными глазами, полными слез. Ее тогда не пожалели, не сделали скидку на молодость и глупость. — А ведь без твоих показаний его б не посадили, верно? — поддел товарищ Калинников. — Глядишь, если б не ты, то и не поймали бы. Славик взвился, как ужаленный, и закричал: — Я выполнял свой долг! Гражданский, понимаете? Был приказ патрулировать и ловить нарушителей — я патрулировал и ловил. А на суде ничего не придумывал, сказал то, что видел. В чем вы меня хотите обвинить? — Да я-то тебя ни в чем не обвиняю, — товарищ Калинников грустно ухмыльнулся, — но кто-то, видать, иначе мыслит… Тут снова заговорила Эмма Анатольевна — жестко и безапелляционно: — Вячеслав поступил совершенно правильно. По-советски. Емуне в чем раскаиваться. |