Книга Убийство на улице Доброй Надежды. Два врача, одно преступление и правда, которую нельзя спрятать, страница 60 – Бенджамин Гилмер

– Это не точная наука, но показатель полезный. Тед Банди[6]набрал тридцать девять. Человека, который набирает двадцать или больше, стоит обследовать дополнительно, – объяснил Стив.

– На суде обвинение изобразило Винса социопатом. Но я в этом как-то не уверен. Он выражал сожаление, рефлексировал, извинялся перед присяжными, – заметил я.

Стив надкусил пончик, которыми я запасся на дорогу, и вытер губы тыльной стороной ладони.

– Ну, социопаты бывают на удивление рефлексивными, – сказал он.

– А психопаты?

Он покачал головой.

– Может быть, он стал психопатом в более зрелом возрасте? После автокатастрофы?

Стив покачал головой и доел свой пончик.

– В зрелом возрасте психопатами не становятся. Это либо врожденное, либо приобретенное в самом раннем возрасте. А социопатия бывает выученной или же следствием изменений в головном мозге.

Следующие сорок пять минут Стив знакомил меня с оценочным листом, задавая вопросы о поведении и биографии Винса. Это напомнило мне вопросник для оценки негативного детского опыта (АСЕ)[7], которым мы пользовались в клинике. Оценка детской психологической травмы по АСЕ помогает предупреждать вредные последствия для здоровья во взрослом возрасте. Пациенты, которые подобно Винсу получили серьезную психологическую травму в детстве – например, алкоголизм родителя, периоды беспризорности или сексуальное насилие, – в большей степени предрасположены к проблемам с физическим и психическим здоровьем в дальнейшей жизни. Точная оценка по АСЕ способствует выявлению спектра причин разной реакции людей на одни и те же негативные раздражители.

У каждого человека есть своя защитная зона или порог резильентности, как сказала бы Дейдре. Работа в системе дошкольного образования убедила ее, что оценка по АСЕ может предсказать, швырнет ли детсадовец книжку через всю комнату, обзовет учительницу дурой или будет сидеть спокойно и тянуть руку вверх. Как начинающий терапевт я понимал, что у каждого человека есть собственный предел, за которым он становится психически или эмоционально неустойчивым.

Мы знали, что послужило последней каплей для Винса, но мне было бы интересно посмотреть на его оценку по АСЕ. А пока Стив делал пометки на своем экземпляре оценочного листа Хаэра и расспрашивал меня о каждой черте характера.

Был ли Винс боеки поверхностно обаятелен? (Нет – он нравился людям своей простотой и внимательностью.)

Был ли он претенциозным человеком с завышенной самооценкой?(До убийства – нет. Но на суде он часто выглядел хвастливым и надменным, в частности рассказывал о том, что считался гением на медицинском факультете, хотя его оценки свидетельствовали об обратном.)

Был ли он склонен скучать, нуждался ли в постоянной стимуляции? (Да, но при этом у него был СДВГ.)

Это озадачивало. Винс полностью соответствовал одним качествам и совершенно не имел других.

Ему не хватало самодисциплины, но никак не эмпатии.

Он не тунеядствовали не садился на шею друзьям и родственникам, но у него был слабый самоконтроль.

Он не был безответственным(вышел на работу наутро после убийства отца), но после расставания с Кэти стал сексуально распущенным, ходил по барам и, по словам одного моего собеседника, увлекся порнографией.

Он был импульсивен, но у него были долгосрочные цели. Как он неоднократно повторял на суде, его единственной целью в жизни было обзавестись собственной практикой и обслуживать сельское население. И он это сделал.