Онлайн книга «Сладкая штучка»
|
Доктор записывает что-то в свой блокнот. – А не скажешь мне, кто же он, твой воображаемый друг? – Девочка, и она – это я. Доктор откидывается в кресле и даже как будто немного подпрыгивает на месте. На его лице появляется какое-то странное выражение. – То есть как? – Она – плохая я. Злая. Доктор поправляет очки. – Ты боишься ее, Беккет? Я смотрю на свои ноги и до боли прикусываю губу. – Угу. – Потом поднимаю голову и смотрю на доктора, во мне начинает закипать злость. – Я ее ненавижу. – Что ж, это интересно, – бормочет доктор, как будто сам с собой разговаривает. – Необычно… Слезы щиплют глаза. Доктор снова что-то пишет в свой блокнот и бормочет: – …воображаемый… друг… Воздух вокруг меня становится красным, я ничего толком не вижу, слезы находят путь на волю и текут по щекам. – А скажи, Беккет, что ты видишь… – Не хочу больше с вами разговаривать! – захлебываясь слезами, кричу я. Доктор встает из-за стола и машет в мою сторону руками. – Все хорошо, Беккет, не хочешь, не будем. А теперь я побеседую с твоими папой и мамой, хорошо? Давай ты подождешь снаружи, а? Из-за того, что я расстроилась и сорвалась на крик, придется какое-то время одной, без родителей, посидеть в приемной. В углу приемной горшок с большим и блестящим комнатным растением, а на полу целая куча кубиков лего. Кроме меня, там еще другие дети, сидят на стульях рядом со своими взрослыми. Доктор показывает на журнальный столик по соседству с моим стулом. – Мы недолго, Беккет. Вот тут у нас комиксы, если заскучаешь. Он снова изображает улыбку и возвращается в свой кабинет, а я смотрю на других детей. Один мальчик с растрепанными волосами и темными кругами под глазами читает книгу. Он поднимает голову и смотрит на меня. Я сразу отворачиваюсь и беру с журнального столика комикс, но читать или разглядывать его не собираюсь. – Мистер и миссис Райан… Я выпрямляюсь на стуле, здесь рядом с дверью еще можно услышать, о чем говорят в кабинете. – …я очень ценю, что вы нас сегодня посетили. Знаю, путь был неблизкий. Чуть повернувшись, замечаю, что дверь в кабинет осталась приоткрытой. – О, не стоит, доктор Лоуз, – отвечает ему папа. – И мы вам очень благодарны за то, что приняли нас так быстро. – Пожалуйста, зовите меня Нил. И не благодарите. Мой брат, как вы знаете, живет в Хэвипорте. Он очень лестно отзывается о вашей школе, его сыновья-близнецы уже девятый год у вас учатся. – Ах да, Роберт и Люк. Но я не стал бы ставить их успехи себе в заслугу, у них прекрасные учителя. Да и сами мальчики башковитые. Это у них, должно быть, семейное. Доктор смеется, и папа тоже. Потом ненадолго наступает тишина. – Итак, Нил, после этой беседы у вас появилось понимание… в чем причина тревожности нашей дочери? Тре-вож-ность. Причина моей тре-вож-но-сти. – Да, э-э… вы когда-нибудь слышали о гипнагогических галлюцинациях? – Доктор ждет, но ему не отвечают. – Такого рода галлюцинации не редкость, и, уверяю, беспокоиться вам не о чем, но они бывают довольно… яркими. Рядом с мальчиком с усталыми глазами сидит мужчина, скорее всего его отец. Он наклонился вперед и, упершись локтями в колени, обхватил голову руками. Я поглядываю на них, и мне становится грустно. – По сути, гипнагогия – это промежуточное состояние между бодрствованием и сном. Когда Беккет засыпает, ее тело, скажем так, отключается и она зависает на пороге сознания. Но в этот промежуток времени Беккет все еще способна воспринимать отдельные элементы реальности. Она может видеть стены своей спальни. Может кожей ощущать прикосновение одеяла. И все эти картинки, звуки и прикосновения для нее могут быть такими же реальными, как если бы она в этот момент бодрствовала. |