Книга Сладкая штучка, страница 26 – Кит Даффилд

– Вот таков в общих чертах мой план, – говорит она и стряхивает с юбки невидимые крошки. – А каков ваш?

Плюс ко всему я еще и сообщение от своего агента получила. Сюжета для следующей книги у меня нет, пока нет, но я должна начать писать, иначе какие-то микрозадумки растворятся, как папиросная бумага в воде, и книга вообще никогда не случится. Может, начать писать здесь, пока пережидаю шторм? Свободного времени у меня хоть отбавляй, и в просторном скрипучем доме родителей никто не будет отвлекать от мыслей о будущей книге.

Я допиваю виски и соглашаюсь:

– Ладно, хорошо.

Надия чуть вскидывает голову:

– Что ладно и хорошо?

– Договорились.

Баронесса потрясает поднятым кулаком.

– Отлично, Беккет, вы приняли правильное решение.

– Сомневаюсь, что местные будут такого же мнения.

Надия кривит губы в усмешке:

– Дорогая, вы только дайте им время. Уверяю, жители Хэвипорта гораздо лучше, чем вы о них думаете.

– Что ж, придется поверить вам на слово.

Надия откидывается на спинку стула.

– Уверена, вы не раз слышали о том, что в маленьких городках люди не запирают входные двери. Казалось бы, клише, но в Хэвипорте это действительно так. Или было так до недавнего времени. Люди знают друг друга и, соответственно, друг другу доверяют.

Я поглядываю на оставшийся в тамблере виски и пытаюсь представить, как ухожу из своей лондонской квартиры, оставив дверь незапертой. Или стучусь к соседям ниже этажом, чтобы просто поболтать о том о сем и выпить чашечку чая. Но по правде сказать, я бы с большим трудом смогла узнать кого-то из своих соседей в какой-нибудь очереди, хоть в супермаркете, хоть в аэропорту.

– И вам они тоже станут доверять, если только вы им это позволите.

Тут я слышу скрип и, подняв голову, вижу, что Надия в одной руке держит пробку, а в другой – бутылку.

– Ну что? Еще по глоточку на дорожку?

Я протягиваю баронессе свой тамблер.

– А знаете, вы мне напоминаете Гарольда, – говорит Надия, освежая наши бокалы. – Та же стойкость или, может, устойчивость и этот взгляд… – Она плавно ставит бутылку на стол. – Но что-то мне подсказывает, что вам это не нравится.

Моя рука с тамблером замирает возле губ.

Я могла бы ей обо всем рассказать; могла б, если бы захотела. Например, о том, как уважаемый всеми гуманист, которым она так восхищается, избивал свою дочь. Или о том, что почти ничего не помню о своей жизни до школы-интерната, но очень хорошо помню вот эту картинку: надо мной нависает огр[6]и на моих бедрах появляются кровоподтеки.

Но баронесса не захочет об этом слышать, да и никто другой в Хэвипорте тоже этого не захочет.

Наш маленький секрет. Плохой секрет. Никто не должен о нем узнать.

–Мы с отцом не были близки, – говорю я и отпиваю глоток виски.

Надия отводит взгляд, и я вижу, как она стискивает челюсти.

Какое-то время мы молчим, тишину нарушает только доносящийся снаружи звук прилива. Этот звук, в зависимости от того, где вы находитесь, может быть тише или громче, но Хэвипорт он никогда и ни при каких обстоятельствах не покидает.

Надия выпрямляется на стуле.

– Как насчет того, чтобы встретиться снова в конце недели, а там посмотрим, как и к чему мы пришли? Можете, если пожелаете, посетить Анкора-парк. У меня там имеется первоклассная кофемашина и шеф-повар, он же, если потребуется, бариста.