Книга Французский связной, страница 67 – Робин Мур

– Подгони машину! – и продолжил прокладывать себе дорогу за двумя лягушатниками через потоки пассажиров.

Но прежде чем Сонни выскочил на тротуар Сороковой улицы, Барбье и Муран взобрались в другое такси и умчались на восток.

Изрыгая проклятия и задыхаясь, Сонни добежал до угла Восьмой авеню и обнаружил, что Фицу никак не удается подать машину задним ходом навстречу интенсивному движению. Весь дрожа от ярости и возбуждения, Сонни выпрыгнул на улицу, размахивая руками и пытаясь остановить приближавшиеся машины, чтобы Фиц получил возможность развернуться на Сороковую улицу.

В тот момент Сонни не знал, что хвост за французами все-таки остался. Реагируя на срочные сообщения Сонни по радио, лейтенант Винни Хоукс прибыл к вокзалу почти одновременно с ними и поехал вокруг него, проверяя выходы. Возвращаясь назад в восточном направлении по Сороковой улице, вдоль южной стороны здания, он увидел, как Барбье и Муран выскочили из него и унеслись на такси. Хоукс прокричал новости по радио и начал преследование. Об этом Сонни узнал, когда наконец они с Фицем свернули на Сороковую. Теперь им оставалось лишь следить за докладами Хоукса.

Такси доставило французов к Большому центральному вокзалу. Всю дорогу Хоукс держался к ним очень близко. Увидев, что объекты перешли Сороковую улицу и вошли в громадное здание железнодорожного вокзала с угла Вандербилт-авеню, лейтенант поставил машину у Бюро по туризму Нью-Йорка, под виадуком, по которому Парк-авеню пересекала Сорок вторую улицу, и, увертываясь от машин, побежал через улицу к входу.

Теперь Барбье и Муран вели себя так, словно не ощущали слежки. У пандуса, ведущего к главным путям, они остановились купить ранние выпуски «Дейли ньюс» и «Геральд трибьюн», затем по другому пандусу неторопливо спустились на нижний уровень. Их можно было принять за двух закадычных друзей, направлявшихся к пригородному поезду. «Они чувствуют себя спокойно, – подумал Хоукс, находившийся на почтительном расстоянии позади них, – быть может, нам повезет, хотя бы просто для разнообразия». А теперь к Большому центральному вокзалу должны отовсюду съезжаться машины, окружая его со всех сторон. Хоуксу пришло в голову, что груз наркотиков может находиться в камере хранения на вокзале. А все эти гонки и вся эта беготня сегодня вечером была нужна лягушатникам, чтобы передать ключ от ячейки.

Однако объекты не пошли ни к камере хранения, ни к поездам. Они зашли в «Устричный бар», большой ресторан со стойками, расположенный между главным и нижним уровнями, популярный у пассажиров и полуночников. Несколько минут Хоукс прохаживался снаружи, разглядывая витрину закрытого книжного киоска. Французы сели за одну из стоек и сделали заказ. В этот момент у входа на нижний уровень возник молодой человек, он прислонился к цветочному киоску и развернул газету – федерал. О’кей. Не торопясь, Хоукс вошел в «Устричный бар».

Лягушатников там не было.

Удивлялся Хоукс недолго. В задней части «Устричного бара» он увидел стеклянную дверь, ведущую в коктейль-холл, а оттуда, как он теперь вспомнил, был еще один выход в здание вокзала. Вот куда они исчезли, сволочи, выругался он про себя. Он прошел в почти пустой коктейль-холл, оттуда заглянул в мужской туалет. И там их не оказалось.