Книга Подарок, страница 38 – Себастьян Фитцек

Милан открыл глаза и увидел маленький серебряный термос, который она достала неизвестно откуда и поставила между сидений. Крышка была уже откручена.

– Что это?

– Холодный чай. Помогает мне от тошноты в дороге.

Милан, который только сейчас заметил, как сильно хочет пить, сделал глоток и скривился.

– А по вкусу такой, что меня, скорее, стошнит. Черт, почему он такой горький?

Андра, которая едва не пропустила выезд на Тегель и в последнюю секунду пересекла сплошную линию, одарила Милана взглядом «ну ты и слабак».

– Извини, наверное, слишком долго заваривала. Все равно выпей еще. Имбирь полезен.

– А он помогает только при физических проблемах? Или от ставших реальностью кошмаров тоже? – спросил Милан и, несмотря на горький вкус, залпом выпил содержимое термоса.

22

Зои

Она пыталась досчитать до десяти. На четыре ее вырвало от боли, к счастью, в тесном трейлере раковина всегда была рядом.

Затем она поискала в верхних шкафчиках какое-нибудь обезболивающее. И действительно, здесь все еще хранилась дорожная аптечка ее матери. Лейкопластырь, бинт, спрей для носа, имодиум и даже парацетамол. Наверное, идиот не знал, что с их помощью можно покончить с собой, а может, Якобу было плевать и он специально оставил таблетки.

Зои подставила голову под кран, из которого, вероятно, текла зараженная бактериями вода – сложно представить, что в этом грязном трейлере регулярно дезинфицировали бак для воды. Но ей было необходимо что-то, чтобы проглотить таблетки.

Хотя ибупрофен 800 был бы лучше. Не говоря о морфии.

Она пыталась не мочить руку. Зои не знала, когда ей была сделана последняя прививка; ее иммунная система вряд ли была готова к схватке, которую спровоцируют бактерии на ее левой руке.

Якобу потребовалось два часа, чтобы справиться с ее безымянным пальцем.

Два часа в пересчете на боль. Возможно, в обычных единицах времени это были два мгновения, за которые он электродрелью перерубил кость.

Одна металлическая скоба под ногтем большого пальца.

Только четыре пальца на левой руке.

Таков итог мучений за этот плачевный день.

После того как она пересекла Рубикон боли и потеряла сознание, Якоб все-таки догадался перевязать рану – так туго, что кровь не просачивалась через ткань.

Пока что.

Зои отошла от раковины, подняла пульсирующую руку с тем, что осталось от кисти, и снова почувствовала, как внутри поднимается тошнотворный мрак.

«К счастью, – подумала она и истерично захихикала, потому что сегодня слово „счастье" должно было прийти ей на ум в последнюю очередь, – я уже подготовила следующее сообщение».

Хотя это лишь половина правды, как и полпальца на ее руке.

Мысли Зои путались, и ей пришлось закусить язык, чтобы сконцентрироваться. Пот градом капал на рабочую поверхность небольшой кухни.

Проклятье.

Она уже нашла в книге соответствующие номера главы и абзаца. Но чтобы оставить зашифрованное сообщение для Милана, ей нужен карандаш. И бумага. И возможность так разместить информацию, чтобы он на нее наткнулся.

Невыполнимо.

При этом она даже знала место, куда направится ее спаситель: туалет для инвалидов, на этой самой площадке отдыха! К тому же их трейлер еще стоял на месте!

Но все равно этот туалет был достижим для нее, как Марс для мухи-однодневки.

Измученная, Зои опустилась на скамью.

Ей никогда отсюда не выбраться.