Онлайн книга «Искатель, 2006 №4»
|
Он свернул с шоссе и поехал медленно. Не тропинка и не дорога — дорожка, усыпанная рыжевато-кофейными хвоинками. Они лежали не вдоль их пути, а поперек, как бревнышки на мосту. Похоже, это бывшая просека, рассекавшая сосняк до самого горизонта. — Игорь, корзину не взял? — Полиэтиленовый мешок. Капитан смотрел на лес, в котором почти не бывал. Его удивило обилие красок. Березы с осинами — это палитры. Все краски на них, кроме синего. Обычно хвалят весну, но, пожалуй, у осени красок не меньше. Увидев двух старушек с полными корзинами, Палладьев заметил: — Грибов, наверное, уже не осталось. — Те, которые я собираю, всегда есть. — Какие же? — Синюхи, горькухи, солюхи… Капитану казалось, что засолкой грибов занимаются бабушки или семейные женщины. Молодые же сидят у экранов или пьют пиво. Впрочем, на экологию тоже мода. Солитьгрибы — это экология? Дорога раздвоилась. Антонина махнула рукой: — Любая ведет к озеру. Краски красками, а все-таки осень. Какое-то дерево стоит голым, вроде огромной метлы, а рядом на мху рассыпаны опавшие узкие желтые листочки, как дольки апельсина. Грунт пошел скользкий, травянистый. Дорога выклинивалась. — Загони машину в ельничек, — велела Антонина. — Не украдут? — Мы будем рядом. Они вышли и двинулись березняком. Лес посветлел. Ноги тонули в суховатом мху. Палладьев шагал за Антониной след в след, жалея, что не взял сапоги. — Стой! Гриб прошла, — крикнул капитан. Да какой — подберезовик. Тускло-шоколадная шляпка даже на взгляд тугая; пузатая, и в то же время стройная ножка, как бедро у спортсменки… — Рви в свой мешок, — крикнула Антонина. — Ты и сыроежки пропускаешь… — Для засолки не годятся. Палладьев думал не о засолке. Не окажется ли его лесная прогулка никчемной? Подышит, пройдется… Затеять бы душевный разговор, но Антонина даже шла поодаль. Капитан подумал, что кто-то просыпал меж кочек желтые сливы. Да нет, грибки. Подошедшая Антонина поморщилась: — Лисички, не беру, очень мелкие. — А вот эти? — показал капитан на влажную полированную шляпку. — Не беру, маслята грязные. Грязью, видимо, считала землю или прилипшие хвоинки. Если она их не берет, то зачем брать ему? Но когда Антонина прошла мимо сосны, под которой стоял крупный гриб с душой нараспашку… — Тоня, ты же белый прозевала! — Другой попадется. Капитан, разумеется, срезал его, пронзенный глупой догадкой — ей не нужны грибы. А что нужно? — До озера осталось два километра, — сообщила она. Что на озере? Зарубежная подводная лодка? Хижина на берегу, в которой прячется сбежавшая девушка? Энергия его подкинула так, что одной ногой он провалился в какую-то нору, прикрытую мхом. И эта жаркая энергия остыла, словно залитая водой: как и зачем девица станет жить среди болот? Они пошли дальше. Но Палладьев стал вкопанно — под березой вспыхнуло пламя. В форме гриба. Ярко-красная огромная шляпка в белых пупырышках. — Мухомор, — брезгливо подсказала Антонина. — Почему белый гриб считают красавцем, а мухомор нет? — А ты глянь на него. Оперетта! Лес стал меняться: меньше деревьев и больше лохматых кочек.Палладьев мысленно рассуждал: если доверительного разговора сегодня не выйдет, то надо попасть в ее коттедж. Под любым предлогом. Аппендицит схватил, язва разыгралась, эпилепсия крючит… Капитан интуитивно сжался от мистической силы, которую вызвали его желания. Из-за ели прыгнуло темное согбенное существо с палкой в лапах. В тот же миг от пронзительной боли в ногах он упал на колени. Капитан знал, что если он через секунду не встанет, то следующий удар, заключительный и окончательный, будет по голове. Но этой секунды у него нет… |