Книга Прекрасная пара, страница 91 – Лесли Вульф

Я киваю:

– Определенно.

– Мне нужно исчезнуть до того, как они начнут задавать вопросы о тебе. Чтобы у меня не возникло соблазна заключить с ними сделку.

Пот стекает у меня по шее. Я дергаю узел галстука, немного ослабляя его. Я не могу дышать. Это никогда не закончится.

– Почини машину, – произношу я тихим шепотом, – и ты получишь свои деньги.

– Сто штук, – скалится он. – Думаю, таких денег было бы достаточно, чтобы заставить меня пошевелиться. Пока что.

– Может, мне позвонить Ларри Шапелю и попросить его объяснить тебе, как все работает? – Мой вопрос – это отчаянный пас «Аве Мария»[18], но я держу пари, что у скользкого адвоката могут быть какие-то рычаги давления на этого грубияна.

– Конечно, давай, – говорит Фостер, шутливо хлопая меня по руке. – А пока ты будешь это делать, я позвоню в местную полицию и расскажу им об одном моем клиенте – довольно странном парне, очень подозрительном. Типа я беспокоюсь, что он пытается что-то скрыть.

Мгновение мы смотрим друг на друга, не мигая. По его налитым кровью глазам я вижу, что у меня нет выхода.

– Хорошо, – сдаюсь я в конце концов. – Почини эту чертову машину, как договаривались, и получишь семьдесят пять тысяч.

Он все еще смотрит на меня, словно пытаясь понять, сдержу ли я слово. Затем улыбается и снова хлопает меня по руке, и я вздрагиваю под его тяжелой ладонью. Уходя, он оглядывается по сторонам, будто ожидает увидеть толпу полицейских.

Возможно, он прав. Что, если они следят за мной? От этой мысли меня пробирает до костей.

И когда он уходит развязной походкой, я задаю себе жуткий вопрос.

Как, черт возьми, мне избавиться от Фостер-экспресса?

Спрятавшись в темноте за шторами в гостиной, я наблюдаю, как Пол беседует с этим головорезом, Фостером. Затаив дыхание, я слушаю их тихий торопливый разговор. И я в ужасе. Что помешает этому человеку шантажировать нас всю оставшуюся жизнь? Я смотрю, как он хлопает мужа по спине, и у меня перехватывает дыхание, но все ограничивается демонстрацией силы альфа-самца.

Хотя у Пола не было бы и шанса. Мужчина переломил бы его, как веточку.

Когда головорез удаляется, муж, не ставя взятую напрокат машину в гараж, заходит в дом через парадную дверь. Я жду его, кипя от злости.

– Семьдесят пять штук? – спрашиваю я, прежде чем он успевает что-либо произнести. – И сколько еще после этого? Как можно так опрометчиво поступать?

Мгновение он смотрит на меня с отвисшей челюстью. Затем в нем поднимается гнев, он сверкает глазами и сжимает зубы.

– А какой, черт возьми, у меня выбор, а? Что бы ты сделала на моем месте? Эту машину нужно починить. Прости, что не отвез ее в сервисный центр.

Я прикусываю губу. И почему я не могу заткнуться, прежде чем сказать что-нибудь, о чем потом пожалею?

– Ты мог бы выехать за пределы штата и купить запчасти там. Расплатился бы наличными. Ты мог бы заказать их на eBay или еще где-нибудь, отправить по адресу родителей в Нью-Йорке, а потом привезти все домой. Что угодно, только не это. – Я скрещиваю руки на груди, тяжело дыша. – Теперь мы во власти этого человека, Пол, – говорю я, и мой голос срывается. – И он это знает.

– Это не навсегда, – мягко отвечает муж, подходя на пару шагов ближе. – Адвокат сказал, что срок исковой давности истекает через шесть лет.