Онлайн книга «Календарная дева»
|
Валентина молниеносно отдёрнула руку, словно обожглась. Ручка с громким щелчком отскочила назад — звук разнёсся по дому, как выстрел. Она невольно подумала о пистолете. Хватило бы у меня духу стрелять вслепую сквозь ламинированное дерево? Продырявить цифру «3» раз за разом, пока не опустеет магазин и, возможно, в ванной не стихнет всякая жизнь? Она не верила, что смогла бы. Да и какой смысл, если пистолет исчез — вместе с мужеством и остатками уверенности. Валентина отступила на шаг, уставившись на замок. Снаружи он выглядел точь-в-точь как на туалетных кабинках в умывальнях замка Лоббесхорн. В экстренном случае — или ради шутки — можно было снаружи вставить в поперечный паз монету или отвёртку и повернуть внутренний фиксатор обратно. «У меня нет монеты. Нет инструмента. И нет ни малейшего желания входить туда». С другой стороны, Стелла сидела там в ловушке. В ванной было лишь крошечное окно, снаружи забранное решёткой. Взрослому человеку через него не выбраться. Валентина вытащила из кармана перцовый баллончик и попыталасьсообразить, как запереть дверь снаружи. Ничего не приходило в голову. Подпереть было нечем. Да и дверь открывалась внутрь, так что заблокированная ручка не помогла бы. Ладно. Тогда остаётся только одно. Сваливать. Всё остальное не имело смысла. Валентина была напугана, измотана, ранена и практически безоружна. Если не считать баллончика, который казался до смешного жалким. Словно она собиралась на войну с водяным пистолетом. «Я ухожу…» РРААЦ! Она вздрогнула. По пути к гардеробу ей на миг показалось, что принятое решение нашло отражение во внешнем мире — как в комиксе, где молния обозначает гениальную мысль. Только у неё это было не визуально, а на слух: резкий звук будто подтверждал, что бежать из дома — единственно верный выбор. Это «РРААЦ» и правда напоминало щелчок дверной ручки. Только звонче — с рвущейся нотой, с царапающим скрежетом. Валентина замерла, обернулась — одна рука уже была в рукаве куртки — и поняла, что стало причиной. Паз в замке повернулся. Ванная больше не была заперта. Дверь шевельнулась. Приоткрылась внутрь на щёлочку. Валентина отметила, что из щели не пробилось ни капли света. Зато из темноты что-то выпало. Вернее, вылетело на каменный пол. Покатилось к её ногам и там, чуть дёрнувшись, замерло. Её пистолет застыл на полу ровно в тот миг, когда дуло оказалось направлено прямо на неё, — и хихиканье началось снова. Глава 39. Сегодня. Оливия Раух. — Q — это один, два — это w, e — это три, а ü — это ноль. Гул врывался со всех сторон, пульсировал изнутри и снаружи. Её затянуло в водоворот, который, казалось, бушевал одновременно и в её теле, и вокруг него. Нечеловеческим усилием Оливия заставила веки разомкнуться и тут же поняла, что совершила ошибку. Она различила лишь мягкое остриё света, но даже оно впилось в неё так, будто тупое сверло вгрызается прямо в обнажённый зрительный нерв. «О боже!» Она мгновенно зажмурилась, но стало только хуже. Словно захлопнула двери раскалённого котла, из которого теперь не могли вырваться слепящие вспышки. Они бились о стенки её черепа, словно обезумевшие мячи в клетке для сквоша, отскакивали, разгонялись, набирая и ярость, и скорость. «Чёрт, да у меня самая жуткая мигрень в истории человечества, и я, кажется, стою на голове». |