Онлайн книга «Плейлист»
|
В Альбрехтс-Теерофене она снова надела очки, надеясь, что так будет легче вынести ужас произошедшего. Прожекторы, установленные полицией на месте преступления, создавали размытые тени, блики и неясные пятна, и ее воображение само достраивало картину кошмара, разыгравшегося в мастерской. Перед внутренним взором представал изуродованный труп матери с открытым, будто в застывшем крике, ртом. Алина «видела» даже слабое, неровное сердцебиение младенца под слишком тонким комбинезоном. Но стоило надеть очки – и образы исчезали. Тьма, как Алина усвоила после операции, часто бывает утешительной. – Ты спрашиваешь, что я делаю в собственной квартире? – Она протиснулась мимо него в прихожую, которая была ей до боли знакома, но неприятна. Слишком много одиноких часов. Слишком много плохих воспоминаний. – Ты же собиралась позвонить? – сказал он, пока Алина снимала рюкзак. – Да. План действительно был таким: сообщить Цорбаху о разговоре со Стоей, как только она подпишет протокол со своими показаниями. – Я просто… – Она запнулась. Цорбаху не обязательно было знать о ее ссоре с Нильсом по телефону. Он злился, что Алина долго не выходила на связь. Если в чем-то они и не совпадали, как пара, так это в упрямстве и нежелании уступать, когда считали себя правыми. Из-за этого любой спор мог легко превратиться в бурю. Например, Нильс не понимал, зачем она проводит ночи напролет с мужчиной, втянувшим ее в ситуацию, из-за которой она получила такие травмы, что теперь не может иметь детей. А она кричала в ответ, что он сам никогда их не хотел, и именно поэтому его бывшая ушла от него. – Я тут спать буду. Не задавай вопросов, – сказала Алина, надеясь, что Цорбах ничем не преградил ей путь на кухню. Хотя после долгого разговора в кабинете для допросов в шестом полицейском участке она испытывала невыносимую жажду, сначала долго держала кран открытым, чтобы слить застоявшуюся в трубах воду. Ей совсем не хотелось добавлять к тем душевным страданиям, которые она пережила этим вечером, еще и риск заражения легионеллой. – Как мы и договаривались, я заявила, что была на месте одна и что по звуку двигателя узнала машину Ягова. Стоя, конечно, не поверил, но он не из лучших специалистов по допросу. Из одних лишь его вопросов я получила больше информации, чем он от меня. – Какой именно? – Вы знали Матильду Ян? Общались с ее ребенком? – повторила она вопросы Стой. – Матильда Ян? – повторил Цорбах. Она могла поклясться, что он уже гуглит имя матери, как и она в такси. – О ней мало что есть. Кроме одного интересного школьного фото. Угадай с трех раз, в какой гимназии она училась. – Не может быть! – Может. Моя голосовая помощница зачитала мне громко и четко: Матильда посещала углубленный курс физики у отца Фелины! – Ты думаешь, у них был роман? Может, ребенок от Томаса? – Вполне возможно. Но зачем он убил ее, а ребенка оставил живым? Я не знаю, Алекс. Чем больше информации мы получаем, тем жутче мне становится. Алина сняла сначала очки, потом парик с коротким каре, под которым неожиданно вспотела. Она уже собиралась подставить свою бритую голову под кран, как Цорбах сказал: – Кстати, о жутком. У тебя в квартире кто-то был. – Что? Она обернулась к его приближающейся тени. Жажда сразу забылась. – Кто? Она боялась, что Цорбах коснется ее после такого неожиданного заявления, и инстинктивно отошла в сторону. На самом деле он всего лишь хотел закрыть все еще текущий кран. |