Онлайн книга «Дорогуша: Рассвет»
|
В торговом центре было море людей, и у меня, в отличие от Марни, которой доставляло удовольствие шататься по магазинам и примерять вещи, во всем организме не имелось ни одного малюсенького атома, которому было бы какое-то дело до одежды для беременных. Марни себе так ничего и не купила – даже из тех вещей, которые ей очень понравились. Платья, охарактеризованные ею как «убийственные» или «шикарные», она прикладывала к себе и тут же возвращала обратно на вешалки. Когда я ей на это указала, она ответила: – А, да я все равно наверняка не буду их носить. Деньги на ветер. – Он тебе, наверное, раз в неделю выдает фиксированную сумму, да? – Нет, – сказала она. – У меня свои деньги. – Дедушка выдавал бабушке еженедельное довольствие, но она и его никогда не тратила. Все припрятывала. Я так и не узнала почему. На обед мы заскочили в кафе при универмаге «Джон Льюис». Я заказала блинчик с лимонным и ванильным мороженым, а Марни – салат. – Господи, да возьми себе хоть немного углеводов, – сказала я, пока мы стояли у прилавка и смотрели, как подавальщик зачерпывает для меня шарик ванильного. – У тебя же слюнки текут! – Мне нельзя, – сказала она и прикусила губу. – Почему? – Скользкая дорожка, сама знаешь! Мы сели, и рядом с тарелкой Марни тут же оказался телефон. – Ну, расскажи мне про своего Тима, – попросила я. – Какой он? Ее выражение лица сразу изменилось, и голос понизился: – Он занимается пластиковыми стеллажами, управляющий отделения на кольцевой дороге. Работать приходится допоздна, но ему нравится. – А ты что делала до декрета? – Работала в муниципалитете – администратором в отделе вывоза мусора. Но это только последние полгода. До этого я была танцовщицей. – И что ты танцевала? – Балет и чечетку. Вела уроки. – А почему перестала? – Ну, мы перебрались сюда из-за работы Тима, а потом я забеременела. – Но ведь ты сможешь когда-нибудь вернуться к танцам? – Вряд ли. В муниципалитете платят лучше. Но танцевать мне, конечно, нравилось. Телефон рядом с ее тарелкой зазвонил. – Извини, я быстро… Аюшки… Ага… было бы здорово… мне нравится… Да, мы все еще с Рианнон. Заехать за чем-нибудь?.. Хорошо… Целую. Она вернула телефон на стол. – Тим? – спросила я, жуя блин. – Да-а, – улыбнулась она, театрально закатив глаза. – Бронирует отель на следующие выходные. Шесть лет брака – что-то вроде бэбимуна. – Шесть лет, – проговорила я. – Это, кажется, деревянная свадьба? – Я не знаю, – сказала она. – Деревянная фигурка для сада или еще какое-нибудь садовое украшение? – Он не любитель украшений. Мне от мамы досталась целая коллекция разных фарфоровых штучек, но выставлять их на видное место мне не разрешается. – Не разрешается? – Да ну, это всего лишь кучка балерин с отколотыми пучками. Я в них в детстве играла, как в куколки. Мама покупала мне по одной за каждый сданный экзамен. Я по-настоящему хороша в нескольких вещах: умею защищать беззащитных, не выходить из роли нормального человека, которого можно пускать в приличное общество, и легко угадываю в людях уязвимость. Я угадываю ее так же безошибочно, как запах дерева карри в саду, полном роз. От Марни уязвимость исходила буквально волнами. – Ты уверена, что это не Тим заставил тебя бросить танцы? Она одновременно нахмурилась и рассмеялась. – Да нет же, это был мой выбор. Но вообще он прав: зарплата там просто отстой. – Она погладила себя по животу. – Я ни о чем не жалею. У меня есть все, о чем только можно мечтать. Прекрасный дом, стабильная работа, и к тому же вот-вот родится здоровый малыш… |