Книга Дорогуша: Рассвет, страница 167 – Си Джей Скьюз

– Можно собрать чемоданы прямо сейчас, – предложил Джим.

– Конечно, а в кухне я потом сама приберусь, об этом не беспокойтесь, – сказала я.

Но она все продолжала придумывать непреодолимые препятствия.

– А как мы попадем на вокзал? Где оставим машину? Как жаль, что ты не предупредила нас заранее.

– Но ведь в этом и смысл подарка, Элейн! Это сюрприз! – сказала я. – Я отвезу вас утром на вокзал, так что о парковке можно не беспокоиться. А в Эдинбурге я забронировала для вас пятизвездочный отель и все, что нужно.

Элейн погладила Дзынь по голове.

– А когда мы возвращаемся?

– Первого января.

– А как же ты? А Дзынь? Кто будет за вами ухаживать?

– Я вполне в состоянии сама о себе позаботиться. А если мне вдруг понадобится помощь, у меня есть друзья, которым я могу позвонить. А Дзынь, если хотите, можете взять с собой – как тогда с Озерным краем.

– Дорогая, как ты на это смотришь? – спросил Джим, чуть не подскочив от восторга.

– Я не могу выгуливать ее так часто, как вы, – добавила я. – Возьмите ее с собой в Шотландию, покажите ей достопримечательности. В спальный вагон с ней можно.

– Да, – сказала Элейн, прижимая Дзынь к щеке. Дзынь лизнула ее в нос. – Конечно, мы можем ее взять.

Элейн вдруг уставилась на билеты, которые держала в руках, и Джим посмотрел на меня.

– Что такое, милая? – спросил он у нее.

– Ведь первое января – это уже следующий год. Я не хотела думать о следующем годе. Год будет непростой, да? Суд.

– Но это уже в следующем году, – сказал Джим. – А пока давай думать про этот.

Она всхлипнула, поперхнувшись слезами.

– Я всегда мечтала поехать куда-нибудь на Новый год. Спасибо, Рианнон.

Она нагнулась, чтобы меня обнять, но Дзынь обогнала ее и первая прыгнула ко мне в объятия.

– Ты уверена, что мы можем ее взять? – спросила Элейн.

– Конечно.

Подарок от Марни я развернула последним, пока Джим подбирал с пола оберточную бумагу и разглаживал, чтобы использовать заново на будущий год, а Элейн рылась в корзине для грязного белья, чтобы организовать вечернюю стирку. Это была книга – старый потрепанный экземпляр «Ветра в ивах» с подписью внутри на обложке, сделанной детской рукой:

Больше никаких приписок в книге не было, если не считать одного-единственного предложения на двадцать третьей странице, подчеркнутого красной ручкой:

«Таков был первый из многих дней, проведенных на реке Кротом, столь неожиданно изменившим свою жизнь»[54].

Я потом полдня из-за этого улыбалась.

Убедившись в том, что и Джим, и Элейн уснули, я выскользнула за дверь и поехала в Дом с колодцем. Отперла дверь черного хода, открутила болты на крышке из оргстекла и сделала себе чай. А потом пошла в гостиную и стала ждать. К 00:03 крыса моя была уже в ловушке и пищала оттуда как сумасшедшая.

– Выпусти меня отсюда! – гулко и с болью в голосе звучало из открытого колодца. – Я ногу, бля, сломал! Пожалуйста!

– Все будет в порядке, – крикнула я вниз. – В конце января сюда приедут арендаторы, и им наверняка захочется тебя оттуда вытащить, прежде чем заселяться.

Я бросила ему коробку шоколадного ассорти «Кэдберри».

– На твоем месте я бы постаралась их растянуть на подольше.

Тим принялся рыдать в голос, всхлипывания отражались от стен колодца, прерываемые частыми вдохами.

– Слушай, ну перестань, никакой трагедии не произошло.