Книга Детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 115 – Анго Сакагути

Однако, когда мужчина уже собирался ложиться спать, перед ним неожиданно появился Сусомаро.

– Сегодня у нас наконец день поминовения, – сказал тот. – Пригласим дух Цуэмона, так что прошу вас переодеться и проследовать со мной.

– Разве поминки не завтра? – удивился Дзимпати.

– Господин Дзимпати, похоже, вы позабыли, что произошло двадцать лет назад. Тогда вы играли в го с покойным до глубокой ночи, и партия в четыре очка форы затянулась под утро следующего дня. А сегодня мы собираемся воссоздать ту ночь двадцатилетней давности. Пока будем сидеть за доской, наступит следующий день. Дух должен явиться как раз в тот самый час, когда умер господин Цуэмон.

– Понятно, – рассмеялся Дзимпати. – И с кем же я, интересно, должен играть? Не с призраком же?

– Придете и сами увидите. Участники уже собрались и все подготовлено.

– Вот как… Ну что ж, тогда оденусь и присоединюсь.

«Да, для появления духа нужны соответствующие детали. Видно, ради этого меня и позвали. Если так подумать, то в этом что-то есть», – размышлял Дзимпати. Похоже, увлекшись разгадыванием таинственных надписей, он не заметил течения времени, ведь уже наступила глубокая ночь.

Собравшись и выйдя в большую кухню, Дзимпати поразился. Служанки Гин и Соно облачились в кимоно с широкими рукавами цуцусодэ, какие носили юные девушки двадцать лет назад. Там сидела и Тиё. Кажется, ей тоже велели сменить облачение, так как на ней была, по всей видимости, ее старая одежда.

Гин села перед Дзимпати и вежливо поклонилась.

– О, что за церемонии? – удивился тот. – Что-то случилось?

– Да нет, просто двадцать лет назад я сделала так же. Это я тогда провела тебя в комнату наверху.

Гин, будто снова переживая те события, повела его на второй этаж. Там все осталось точь-в-точь как тогда: доска го стояла на своем старом месте, вместо Цуэмона сидел Тота, а рядом, в роли сопровождающего, находился его дядя.

Тэнки, улыбаясь Дзимпати, сказал:

– Должно быть, вам это кажется по-настоящему нелепым? Этот молодой человек, Тота, наследие почившего тогда. Именно его решили посадить вместо Цуэмона, чтобы с вами воссоздать ту самую сцену двадцатилетней давности. Только вот он, как видите, весь сонный, качается и даже сидя не может глаза открыть. Вот почему я здесь в роли помощника. Вместе мы составляем одного Цуэмона.

– Понятно. Так выходит, в этого мальчика вселится дух покойного?

– Нет-нет, похоже, это не так. Дух вселится в девушку по имени Хира, дочь Сиротари, она мико. Разве может дух войти в Тоту, который даже не медиум? Это слишком сложная задача.

Похоже, наступил назначенный момент. Сиротари появился на почетном месте лицом к двери, Хира – на нижнем[107], а в роли помощника между ними оказался Сусомаро. Каждый занял свое место.

Сусомаро, издав громкий крик, моментально выпрямился и сурово уставился на Дзимпати.

– Время пришло. Дзимпати, приготовься к партии в четыре очка форы.

Дзимпати сверкнул выпученными глазами на этого молодого выскочку, которого люто не выносил:

– Что ты сказал? Указываешь мне? Смешно. Если у тебя есть сила вызвать духа покойного, то попробуй-ка и мной поуправлять и заставить меня сдвинуть камень. Попробуй силой своего горного бога подвинуть мою руку, чтобы я поставил четыре камня на доску. Сможешь или нет?

Дзимпати ведь был ремесленником из Канды. Если уж он решился, с места не сдвинешь, хоть клещами тяни. Сусомаро, видно, рассердился – уголки его губ задрожали, но он больше не сказал ни слова, только широко раскрыл глаза и уставился в пустоту.