Книга Смерть всё меняет, страница 18 – Джон Диксон Карр

Было слишком темно, чтобы читать письмо, но он и так помнил в нем каждую строчку. Оно было от управляющего его отделением «Городского и провинциального банка». Хотя и облеченное в высшей степени вежливую форму, письмо ясно давало понять, что банк не собирается и дальше обслуживать и без того уже ощутимо превышенный кредит господина судьи Айртона. Что же касается вопроса по закладным на дома по Саут-Одли-стрит и во Фрее, Беркшир…

Он разложил письмо на столе. Затем передумал, зашвырнул его обратно в ящик и закрыл.

Со стороны моря доносились ночные шорохи. Где-то вдалеке проехал автомобиль. Любому, кто увидел бы его сейчас (но никто его не увидел), перемена в поведении Горация Айртона показалась бы почти шокирующей. Его упитанное тело обмякло, словно мешок с грязным бельем. Он шлепнулся во вращающееся кресло и уперся в письменный стол локтями. Сняв очки, он закрыл глаза ладонями. Один раз вскинул оба кулака, словно в бессловесном крике, который так и не прозвучал.

Затем послышались шаги, голоса, вымученный смех Констанции, предупредившие его о том, что парочка приближается.

Он снова, с особым тщанием, надел очки и развернулся вместе с креслом.

Был вечер пятницы, 27 апреля. Вечером следующего дня мистер Энтони Морелл приехал в Тониш не на автобусе, а восьмичасовым поездом из Лондона. На Маркет-сквер он спросил, как выйти на шоссе вдоль моря. Еще один свидетель подтвердил, что дома судьи он достиг в двадцать пять минут девятого. В половине девятого (время зафиксировано на телефонной станции) раздался выстрел. Мистер Морелл погиб от пули, пробившей мозг, и убийца так и не узнал, что лежало в кармане его жертвы, пока не стало слишком поздно.

Девушка на коммутаторе читала «Правдивые истории из сексуальной жизни».

Флоренс иногда задавалась вопросом, а в самом ли деле эти истории правдивые. Но ведь иначе журнал не рискнул бы их печатать, кроме того, они и звучали вполне правдиво. Завистливо вздохнув, Флоренс подумала, что девушки из этих историй, пусть даже безнадежно загубившие свою жизнь, всегда умудрялись хорошо проводить время. Никто ни разу не предложил ей загубить свою жизнь таким множеством интересных способов. А в этой торговле «белыми рабынями», несомненно во всех смыслах ужасной, все же…

Коммутатор загудел, и загорелась красная лампочка.

Флоренс, еще раз вздохнув, воткнула штекер. Она понадеялась, что этот звонок будет не похож на предыдущий, несколько минут назад, когда женщина, звонившая из телефонной будки, хотела говорить по межгороду без денег. Флоренс вообще недолюбливала женщин. Хотя девушки из тех историй уж точно повидали жизнь, пусть даже потом им приходилось раскаиваться, они бывали в модных казино, они встречались с гангстерами и оказывались замешанными в убийствах…

– Номер, пожалуйста, – произнесла Флоренс.

Ответа не последовало.

В маленьком помещении громко тикавшие часы показывали половину девятого. Флоренс их звук казался умиротворяющим. Они так и тикали во время затянувшейся паузы, пока Флоренс предавалась мечтам, а линия оставалась открытой.

– Номер, пожалуйста, – повторила Флоренс, очнувшись.

И потом случилось это.

Мужской голос, очень тихий, зашептал с отчаянной поспешностью:

– «Дюны». Дом Айртона. Помогите! – И за этими неясно прозвучавшими словами раздался револьверный выстрел.