Книга Племя Майи, страница 59 – Анна М. Полякова, Татьяна Полякова

— Эй, ты почто тут околачиваешься? — услышала я грозный голос щуплой женщины в платке.

Стояла она у того самого дома, где я недавно заметила чей-то силуэт, поспешно скрывшийся от моих глаз.

— Вот и иди, куда шел! — продолжала она наставлять невидимого прохожего. — Пошел отсюда, кому говорю! Сейчас полицию вызову! Не ты ли у меня на той неделе двух куриц умыкнул?

Сцена показалась мне забавной, и я не спешила уходить. Любопытно было взглянуть на злодея, не чуравшегося присвоения чужих птиц. К моему удивлению, низко опустив голову, из-за забора показался Епифан. Он переоделся: сейчас на нем был черный спортивный костюм, что могло навести горожанку на мысль, что наряд выбран с целью маскировки. И правда, что он делает у ее дома? В воровство куриц верилось с трудом, да и прибыл в город он не так давно, на днях я собственными глазами видела его в филармонии в родном городе.

— У него алиби! — крикнула я, обращаясь к женщине. — Он курятину не ест!

Размахивая пакетом, я направилась в их сторону. Хозяйка дома хмуро меня оглядела:

— А ты чьих будешь?

На слово кому попало она, должно быть, верить не собиралась.

— Главврача вашего дочка, — ввернул Епифан, хотя никто его за язык не тянул.

Мне захотелось отвесить ему оплеуху: я его, видите ли, спасаю, а он меня топит, скотина!

— Ярослава, что ли? Не признать, — сощурилась женщина.

Я выдохнула с облегчением: должно быть, остался в этом городе человек, до кого последние сплетни дойти еще не успели, и стоит он сейчас перед нами. Моментально проникнувшись к горожанке симпатией, я готова была тотчас сама отправиться на поиски ее куриц, но Епифан схватил меня под локоть и, бросив через плечо: «Всего доброго!» — потащил прочь оттуда.

— Я, кстати, курятину люблю, особенно котлетки, а если еще и с пюре, — мечтательно начал он.

Я быстро пресекла его кулинарные фантазии.

— Ты меня зачем подставил?

— Почему это вы мне тыкаете? — возмутился он.

Нападение, похоже, не переставало быть лучшим средством защиты.

— Потому что вы, Епифан, только что потеряли мой кредит доверия, как-то вмиг расхотелось уважительно к вам обращаться.

— Ладно, давай на «ты», — сдался он. — Просто она на меня полицию натравить собиралась, а отца твоего тут уважали, это я успел понять.

— И потому решил мной прикрыться? Поступок настоящего мужчины, ничего не скажешь! А Лиза тебе дифирамбы пела…

— Лизавета Степановна понапрасну не скажет!

— Ты лучше скажи, зачем у чужого забора пасся?

Он отвернулся, почесал нос и выдал:

— Там гортензии видела какие цветут?

— Ты у Зинаиды Васильевны не налюбовался, что ли? У нее в огороде чего только нет!

Было очевидно: цветы — всего лишь отговорка. Должно быть, считав мои сомнения, Епифан весело предложил:

— Она, кстати, на ужин картошку с мясом в печи сделать обещала. Уверен, и тебя угостит!

— Спасибо, у меня по плану пирожки, — я продемонстрировала пакет в своей руке.

— Да мы уже почти пришли, — настаивал он.

Тут я обратила внимание, что за разговором пропустила свой поворот и мы оказались возле знакомого мне магазинчика напротив храма.

— Ужин я уже купила, а едой разбрасываться не привыкла!

— Это похвально, — кивнул он. — На завтрак съешь.

— Он у меня включен в стоимость номера.

— Я думал, ты у Людмилы Борисовны остановилась.

Я не могла припомнить, чтобы в нашем разговоре в доме Зинаиды Васильевны упоминала отчество Ивановой.